Ретроспектива создания и развития военно-уголовного законодательства Республики Беларусь (ч.2)

«Наука и военная безопасность», № 1, 2004 г.,с.35-41

Ретроспектива создания и развития военно-уголовного законодательства Республики Беларусь (ч.2)

(Окончание. Начало в № 2, 2003)

Полковник юстиции И.Д. ЛАПЕКО,

первый заместитель Белорусского военного прокурора

III. Советский период

Октябрьская 1917 года социалистическая революция разрушила старую, буржуазно-помещичью армию, отменила законы, в том числе и военно-уголовные, отжившего мира, а власть молодого государства приступила к созданию новой, социалистической армии, без которой немыслимо было бы завоевание и удержание власти. Начало советского периода в истории военно-уголовного законодательства характеризуется отказом от военно-уголовного права как самостоятельной отрасли права, формированием его как составной части уголовного законодательства государства, основывающейся на разделении воинских и общеуголовных преступлений, воинских преступлений и проступков

Непосредственно после революции новая власть, стремясь выработать собственную политическую и уголовно-правовую линию в борьбе с преступностью, руководствовалась исключительно классовым подходом, который реализовывался, прежде всего, в военной среде [1].

Уголовная ответственность солдат и матросов в то время определялась главным образом отдельными законодательными актами - декретами Советской власти, либо же преступления указывались в положениях о военных трибуналах.

Исключительно важное значение в развитии военно-уголовного законодательства в период Гражданской войны имело Положение о революционных военных трибуналах, утвержденное декретом ВЦИК 20 ноября 1919 года [2].

В этом Положении был дан подробный перечень различных видов преступлений, совершаемых красноармейцами. Ведению революционных военных трибуналов подлежали следующие преступления:

I.Преступления, составляющие военную измену революции:

1) переход на сторону неприятеля, сдача в плен;

2) самовольное оставление поля сражения.

II.Преступления против порядка службы и подчинённости:

1) неисполнение боевого приказа и противодействие исполнению;

2) оскорбление словом или действием начальника или товарища;

3) нарушение правил караульной службы в районе боевых действий;

4)умышленное уничтожение или повреждение специальных военных сооружений;

5) похищение, умышленное повреждение или уничтожение предметов вооружения, обмундирования, снаряжения;

6)явно небрежное хранение на складе снаряжения, обмундирования и т.п.,

7)пьянство, буйство, азартные игры в районе боевых действий;

8) плохой уход за лошадью.

III. Уклонения от военной службы:

1)'самовольная отлучка, опоздание при возвращении из отпуска;

2) дезертирство;

3) укрывательство дезертиров;

4)отказ от военной службы по религиозным убеждениям.

С окончанием Гражданской войны некоторые виды преступлений военнослужащих были изъяты из ведения военных трибуналов и переданы в подсудность народных судов.

Однако практика показала, что народные суды, оторванные от жизни армии, плохо справлялись с рассмотрением дел об этих преступлениях, и вскоре все дела о преступлениях военнослужащих были вновь переданы в подсудность военных трибуналов. Это нашло свое отражение в работе XI съезда ВКП (б), на котором военные делегаты подвергли специальному обсуждению вопрос об обслуживании Красной Армии народными судами.

Резолюция съезда стоит того, чтобы привести её дословно: "Революционные военные трибуналы, являясь карающим мечом для разлагающих элементов и будучи тесно спаяны с обслуживаемыми частями, представляли лучшую гарантию сохранения дисциплины и мощи боевых частей и, как сложившиеся в недрах самой армии, выработали за минувшие 4 года Гражданской войны необходимый подход к борьбе с воинскими преступлениями, чего нельзя сказать ни о народных судах, ни о военных отделах губревтрибуналов, фактически оторванных от специфических условий красноармейской жизни и по всей своей структуре абсолютно не приспособленных к обслуживанию Красной Армии.

Поэтому сейчас же необходимо вновь приступить к созданию революционных военных трибуналов при военных округах и дивизиях, передав таковым полное обслуживание частей Красной Армии" [3].

Переход Красной Армии на положение мирного времени ознаменовал собой и проведение военной реформы 1924 - 1925 гг.

Изменения, происшедшие в жизни Красной Армии, потребовали усовершенствования и военно-уголовного законодательства.

Новым этапом в его развитии было принятие ВЦИК 26 мая 1922 года Уголовного кодекса РСФСР. Уголовный кодекс РСФСР 1922 года, который действовал в то время и на территории Белоруссии, впервые обобщил и кодифицировал советское военно-уголовное законодательство, выделив специальную главу «Воинские преступления» (гл. VII), в которой было дано их общее определение (ст. 200) и в 17 статьях (включая последующие дополнения) перечислялись следующие преступления:

1)оскорбление начальником подчинённого и наоборот (ст. 201);

2) неисполнение приказания (ст. 202);

3) сопротивление исполнению приказания (ст. 203);

4)побег и самовольные отлучки (ст. 204);

5) квалифицированные виды побега (ст. ст. 205, 205-а; 205-6, 205-в);

6)уклонения от военной службы путём самовредительства и симуляции (ст. 206);

7)промотание, порча, оставление без присмотра обмундирования и амуниции (ст. 207);

8) нарушение уставных правил караульной службы (ст. 208);

9) превышение власти, бездействие власти (ст. 209);

10)самовольное отступление от данной для боя диспозиции, сдача неприятелю укреплений, отрядов, военного корабля и т.д. (ст. 210);

11) самовольное оставление поля сражения, сдача в плен (ст. 211);

12)переписка и сношения с лицами, принадлежащими к неприятельской армии (ст. 212);

13)военный шпионаж (ст. 213);

14)противозаконное отобрание у населения имущества, обирание убитых и раненых (ст. 214).

В этот период появляется ряд новых статей о таких преступлениях, как военный шпионаж, переписка и сношения с лицами, принадлежащими к неприятельской армии, и т.п., но всё же многие воинские преступления ещё не предусматриваются.

Статья 200 УК РСФСР 1922 года давала следующее общее определение воинского преступления: "Специально воинскими преступлениями признаются преступные деяния военнослужащих Красной Армии и Красного Флота, направленные против установленного законом порядка несения военной службы и выполнения вооружёнными силами республики своего назначения, и притом такие именно, которые по своему характеру и значению не могут быть отвержены гражданами, не состоящими на военной или морской службе".

Как видно из этого определения, Уголовный кодекс РСФСР 1922 г. не пошёл по линии широкого понятия воинского преступления, свойственного дореволюционному и зарубежному военно-уголовному праву. Кодекс ограничил понятие воинского преступления, как по субъекту, так и по объекту посягательства, характеру и значению преступных деяний.

УК РСФСР 1922 г. устанавливал за воинские преступления следующие наказания:

- лишение свободы со строгой изоляцией или без неё;

- конфискацию имущества;

- высшую меру наказания - расстрел.

Последний определялся главным образом за воинские преступления, совершённые в военное время или в боевой обстановке.

За ряд воинских преступлений (оскорбление, неисполнение приказания, самовольная отлучка, промотание, нарушение правил караульной службы), совершаемых при наличии смягчающих вину обстоятельств, УК РСФСР допускал возможность применения правил Дисциплинарного устава.

Из числа отягчающих вину обстоятельств УК РСФСР называл: военное время, боевую обстановку, принадлежность субъекта преступления к командному или комиссарскому составу, корысть, наступление тяжёлых последствий и др.

В качестве смягчающих обстоятельств в некоторых воинских преступлениях непосредственно указывалось на "явную несознательность или невежество". Так, если неисполнение приказания было совершено по явной несознательности или невежеству, то предусматривалось применение правил Дисциплинарного устава (ст. 202 ч. 3).

30 декабря 1922 г. был образован Союз Советских Социалистических Республик. В связи с этим событием и учитывая необходимость обеспечения по всему Советскому Союзу единства уголовной политики по борьбе с воинскими преступлениями, ЦИК СССР в соответствии со ст. 1 Конституции СССР и союзных республик своим постановлением от 31 октября 1924 года утвердил Положение о воинских преступлениях [4]. Оно явилось первым общесоюзным военно-уголовным законом, хотя и восприняло в основном редакцию главы о воинских преступлениях Уголовного кодекса РСФСР 1922 года.

Положение 1924 года содержит 19 статей, введено две новые статьи:

а) противозаконное насилие над гражданским населением, учинённое военнослужащими в военное время или при боевой обстановке (ст. 18);

б) противозаконное использование начальником своего подчинённого для обслуживания начальника или его семейства (денщичество) (ст. 19).

Наряду с превышением и бездействием власти в Положении впервые упоминается и злоупотребление властью.

Главное значение Положения о воинских преступлениях 1924 г. заключалось в том, что его изданием была реализована исключительная компетенция Союза ССР в установлении норм военно-уголовного права.

Организация Красной Армии, комплектование, служба, быт военнослужащих не стояли на месте, а непрерывно развивались и совершенствовались в соответствии с новыми требованиями.

В середине 20-х годов руководство страны провело серьёзные мероприятия по дальнейшему повышению боеготовности и организационно-техническому укреплению РККА. Основным содержанием военной реформы было организационное оформление армии на основе опыта Первой мировой и Гражданской войн.

Была установлена новая система комплектования Красной Армии, система мобилизации, подготовки кадров командного и политического состава.

Эта реформа нашла своё отражение в ряде законодательных актов, и в частности, в Законе об обязательной военной службе. Переход армии к территориальной системе комплектования также требовал известных изменений военно-уголовного законодательства.

Из этого исходили ЦИК и СНК СССР, принимая своим постановлением от 27 июня 1927 года новое Положение о воинских преступлениях [5] . В этом Положении содержится уже 32 статьи. Новые статьи предусматривают следующие преступления:

1) оскорбление военнослужащим другого военнослужащего при отсутствии между ними отношений подчинённости или старшинства;

2)нарушение уставных правил внутренней службы;

3) самовольное оставление части в боевой обстановке;

4) неявка в срок на службу из командировки, отпуска, при переводе;

5)уклонение от призыва по мобилизации;

6)невыполнение обязанности привода собственных лошадей;

7)уклонение от военной службы под предлогом религиозных убеждений;

8) воспрепятствование со стороны начальника использованию льгот подчинённым;

9) оставление командиром погибающего военного корабля;

10) разглашение военной тайны;

11) дурное обращение с пленными;

12) противозаконное ношение знаков Красного Креста и Красного Полумесяца;

13) злоупотребление флагами Красного Креста и Красного Полумесяца.

Положение о воинских преступлениях 1927 г. в соответствии с Законом об обязательной военной службе давало более широкое определение субъекта воинского преступления.

Статья 1 Положения гласила: "Воинскими преступлениями признаются направленные против установленного порядка несения военной службы преступления, совершённые военнослужащими и военнообязанными запаса Рабоче-Крестьянской Красной Армии во время состояния тех или других в рядах Рабоче-Крестьянской Красной Армии, а также гражданами, состоящими в особых, образуемых в военное время, командах для обслуживания тыла и фронта.

Воинскими преступлениями признаются также преступления строевого состава особых вооружённых отрядов (резервов) Народного комиссариата путей сообщения, направленные против установленного для них порядка несения службы".

В дальнейшем редакция ст. 1 Положения 1927 г. подвергалась неоднократным дополнениям и изменениям, особенно в той части, в которой говорится о преступлениях лиц, приравненных к военнослужащим.

В результате всех этих дополнений и изменений Постановлением ЦИК и СНК СССР от 7 августа 1935 г. и Указом Президиума Верховного Совета СССР от 13 декабря 1940 г. была принята следующая редакция ст. 1 Положения о воинских преступлениях 1927 г.:

"1. Воинскими преступлениями признаются направленные против установленного порядка несения воинской службы преступления, совершённые военнослужащими и военнообязанными запаса Рабоче-Крестьянской Красной Армии во время состояния тех или других в рядах Рабоче-Крестьянской Красной Армии.

Примечание 1. По соответствующим статьям настоящего Положения несут ответственность за преступления, направленные против установленного для них порядка несения службы, также лица:

- строевого и административно-хозяйственного состава военизированной охраны и военизированной пожарной охраны предприятий и сооружений, имеющих особое государственное значение;

-лица оперативно-строевого и административно-хозяйственного состава Рабоче-Крестьянской милиции и оперативного состава органов Министерства государственной безопасности и Министерства внутренних дел;

-лица оперативного и административно-хозяйственного состава исправительно-трудовых учреждений;

-работники экспедиции подводных работ (ЭПРОН);

-лица начальствующего состава Гражданского воздушного флота и учащиеся лётных школ Гражданского воздушного флота;

- также лица начальствующего и рядового состава частей тылового ополчения и трудовых частей из лиц, освобождённых от военной службы по религиозным убеждениям» [6] .

Оценивая предвоенное военно-уголовное законодательство, необходимо отметить, что интересы укрепления обороноспособности Советского государства требовали проведения специальных, в том числе и правовых, мероприятий по повышению трудовой и воинской дисциплины. Поэтому увеличивалось количество субъектов воинских преступлений, усиливались меры наказания.

Указом Президиума Верховного Совета СССР от 6 июня 1940 года была усилена ответственность за уклонение от военной службы. Уголовно наказуемой признавалась самовольная отлучка рядового и младшего начальствующего состава, совершённая неоднократно продолжительностью до двух часов или хотя бы один раз, но продолжительностью свыше двух часов. Совершение самовольной отлучки в военное время являлось квалифицированным составом этого преступления. За самовольную отлучку в мирное время предусматривалось наказание - направление в дисциплинарный батальон на срок от 6 месяцев до двух лет. Такой вид наказания был впервые введён в советское военно-уголовное законодательство, а Совет Народных Комиссаров СССР утвердил Положение о дисциплинарном батальоне в Красной Армии. Тем самым была создана возможность исправления и перевоспитания военнослужащих, совершивших преступления, в условиях военной службы. Самовольная отлучка свыше суток признавалась дезертирством, за которое в военное время предусматривалась высшая мера наказания - расстрел с конфискацией имущества.

Военно-уголовное законодательство в период Великой Отечественной войны существенным изменениям не подвергалось, так как Положение о воинских преступлениях 1927 года содержало нормы об ответственности военнослужащих за преступления, совершённые в военное время, и в целом обеспечивало правовую охрану порядка несения военной службы во время войны [7].

Некоторые дополнения военно-уголовного законодательства обуславливались необходимостью мобилизации всех сил и средств для отпора врагу.

В день нападения фашистской Германии на Советский Союз Президиум Верховного Совета СССР Указом от 22 июня 1941 года объявил в отдельных местностях, имевших в то время особо важное значение для обороны страны, военное положение. Оно означало, что все функции органов власти в области обороны, обеспечения общественного порядка и государственной безопасности принадлежали военным советам фронтов, армий, военных округов, а там, где не было военных советов, командованию войсковых соединений. Военным властям было предоставлено право привлекать граждан к трудовой повинности для выполнения оборонных работ, охраны путей сообщения и т.п., производить изъятие транспортных средств и другого необходимого для нужд обороны имущества как у государственных, общественных и кооперативных предприятий и организаций, так и у отдельных граждан, регулировать время работы учреждений и предприятий, производить в необходимых случаях обыски и задержание подозрительных лиц, регулировать торговлю, выселять в административном порядке лиц, признанных "социально опасными", и т.д.

Кроме того, военные власти согласно Указу от 22 июня 1941 года имели право:

-издавать обязательные для всего населения постановления, устанавливая за неисполнение этих постановлений наказания в административном порядке в виде лишения свободы сроком до 6 месяцев или штрафа до 3000 рублей;

-отдавать распоряжения местным органам власти, государственным и общественным учреждениями организациями требовать от них безусловного и немедленного исполнения.

Все дела о преступлениях, направленных против обороны, общественного порядка и государственной безопасности, передавались на рассмотрение военных трибуналов, а именно:

- дела о государственных преступлениях;

- дела о преступлениях об охране общественной (социалистической) собственности;

-все дела о преступлениях, совершённых военнослужащими;

-дела об умышленных убийствах, разбоях;

- дела о насильственном освобождении из домов заключения и из-под стражи;

- дела об уклонении от исполнения всеобщей воинской обязанности и о сопротивлении представителям власти;

- дела о незаконной покупке, продаже и хранении, а также о хищении оружия.

Кроме того, военным властям предоставлялось право передавать на рассмотрение военных трибуналов дела о спекуляции, злостном хулиганстве и иных преступлениях, если командование признавало это необходимым при военном положении.

Постановлением Государственного Комитета Обороны от 19 октября 1941 года в целях пресечения подрывной деятельности германских агентов в Москве и прилегающих к городу районах было объявлено осадное положение. Охрана строжайшего порядка в городе и пригородах была возложена на военные власти.

По этому постановлению нарушители порядка немедленно привлекались к ответственности и предавались суду военного трибунала, а провокаторы, шпионы и прочие агенты врага, призывавшие к нарушению порядка, подлежали расстрелу на месте.

Это постановление сыграло большую роль в обороне Москвы и в организации разгрома германских войск под Москвой.

Указ Президиума Верховного Совета СССР от 21 декабря 1942 года утвердил "Положение о Красном Знамени воинских частей Красной Армии".

При утрате знамени "вследствие малодушия и неустойчивости в бою" командир и весь командный состав войсковой части подлежали суду военного трибунала, а войсковая часть расформировывалась.

Кроме вышеназванных указов и постановлений, за время Великой Отечественной войны было издано значительное количество других указов Президиума Верховного Совета СССР, постановлений Государственного Комитета Обороны и Совета Народных Комиссаров СССР, а также приказов наркома обороны СССР, относящихся к вопросам военно-уголовного права.

И можно без преувеличения сказать, что военно-уголовное законодательство сыграло существенную роль в победе советского народа над фашистской Германией.

Важнейшим этапом в развитии военно-уголовного законодательства по праву можно назвать принятие Закона об уголовной ответственности за воинские преступления второй сессией Верховного Совета СССР пятого созыва 25 декабря 1958 года [8]. Этот общесоюзный Закон заменил Положение о воинских преступлениях 1927 года, полностью вошёл отдельной главой во все уголовные кодексы союзных республик (в том числе и БССР) и просуществовал с дополнениями и изменениями вплоть до 1999 года, когда в нашем государстве был принят новый Уголовный кодекс со специально посвященной воинским преступлениям главой.

Принятие Закона не было вызвано какими-то чрезвычайными обстоятельствами, а было обусловлено, прежде всего, происходившей в то время общей кодификацией уголовного законодательства Союза ССР и союзных республик.

Кроме того, в послевоенные годы наряду со значительным сокращением численности советских Вооружённых Сил армия и флот оснащались более сложной боевой техникой, новыми видами оружия, изменились тактические приёмы отдельных родов войска. В период после 1953 года (смерти И.В. Сталина) КПСС и правительство провели ряд важных мероприятий, направленных на исправление ранее допущенных нарушений законности, на дальнейшее расширение демократии и укрепление законности и правопорядка в стране, в том числе и в Вооружённых Силах.

А ведь военно-уголовное законодательство всегда развивалось и совершенствовалось в тесной связи и зависимости от тех изменений, которые происходили в организационной структуре, состоянии воинской дисциплины, боевом оснащении войск, принципах комплектования и т.п.

Таким образом, принятие Закона об уголовной ответственности за воинские преступления 1958 года явилось объективной необходимостью, вызванной изменившимися социально-экономическими условиями. Многие действовавшие законы, принятые более 30 лет назад, заметно устарели, другие нуждались в более точных формулировках, а иные - в существенных поправках и изменениях.

Вместе с тем было бы неправильно представлять дело таким образом, что новый Закон начисто отмёл старые законоположения о воинских преступлениях. Очень многие принципиальные, действующие и поныне, важные положения, выдержавшие испытание временем и практикой их применения, были полностью сохранены. Так, Закон об уголовной ответственности за воинские преступления (далее - Закон) в ст. 1 дал понятие воинского преступления.

Воинским преступлением признавалось предусмотренное законом преступление против установленного порядка несения воинской службы, совершённое военнослужащим или военнообязанным во время прохождения им учебных сборов. В этом определении не упоминался такой признак воинского преступления, как его общественная опасность. Это объяснялось тем, что согласно ст. 7 Основ уголовного законодательства Союза ССР и союзных республик общественная опасность являлась общим признаком, свойственным всем преступлениям, а следовательно, и воинским.

Исходя из этого, Закон указал лишь на те особые признаки, которыми воинские преступления отличаются от невоинских. Такими признаками воинского преступного деяния являются специальный объект посягательства - установленный порядок несения воинской службы - и специальный субъект - военнослужащий или военнообязанный. Для воинского преступления требуется наличие обоих этих признаков. Отсутствие одного из них исключает возможность квалификации деяния как воинского преступления.

Следовательно, нельзя рассматривать как воинское преступление, например, хулиганство или кражу имущества граждан, совершённые военнослужащим, поскольку эти преступления не направлены против порядка несения воинской службы. Воинского преступления не будет также в том случае, когда порядок несения службы в армии нарушен лицом, не являющимся военнослужащим. Например, в том случае, когда гражданский служащий воинской части не исполняет приказ военного начальника, то здесь не будет воинского преступления.

Таким образом, советское военно-уголовное законодательство придерживалось строго ограниченного понятия воинского преступления. Именно этим объяснялся сравнительно небольшой круг конкретных деяний, отнесённых новым Законом к воинским преступлениям.

Новый Закон внёс наиболее важные изменения в следующие группы норм:

а) преступления против порядка подчинённости и воинской чести;

б) преступления против военного имущества;

в) преступления, совершаемые в районе военных действий;

г) разглашение военной тайны;

д) воинские должностные преступления.

Наиболее важные изменения касались в первую очередь двух групп: преступлений против порядка подчинённости и преступлений против военного имущества.

Закон применительно ко всем преступлениям, в том числе и к преступлениям против порядка подчинённости, провел принципы дифференцированной ответственности за более опасные и за менее опасные правонарушения. Можно выделить три наиболее существенных изменения, внесённые в нормы о преступлениях против порядка подчинённости и воинской чести.

1. В Положении 1927 года умышленное и неосторожное неисполнение приказа начальника охватывалось одной нормой, что не давало возможности чётко разграничить эти два существенно различных по степени общественной опасности преступления. Новым законом вместо одной были созданы две статьи, предусматривающие:

а) неповиновение, т.е. открытый отказ от исполнения приказа начальника, а равно иное умышленное неисполнение приказа (ст. 2);

б) неисполнение приказа по неосторожности (ст. 3).

Неповиновение является более тяжким воинским преступление и поэтому наказывается строже; напротив, санкции за неисполнение приказа по неосторожности были значительно понижены.

2.Был введён новый состав преступления против порядка подчинённости: насильственные действия в отношении начальника в связи с исполнением им обязанностей по военной службе (ст.6).Это опасное воинское преступление посягает на отношения подчинённости, установленные в армии, на авторитет и служебную деятельность начальника, а также на его личность. Вот почему за это преступление было установлено лишение свободы на срок до 10 лет, а в военное время или в боевой обстановке в случае наступления тяжких последствий допускалось применение смертной казни.

Установление ответственности за насилие над начальником позволило упростить ряд других статей, и в частности, объединить составы сопротивления лицу, исполняющему обязанности по военной службе, а также принуждение его к нарушению этих обязанностей (ст. 4), как это имело место в общеуголовном законодательстве, одновременно несколько снизив санкции.

3.В связи с выделением новой статьи насильственных действиях против начальника была понижена санкция за воинское оскорбление, нанесённое насильственным действием (п. "в", ст. 7). Теперь это преступление уже не включало случаев причинения телесных повреждений.

Вторая группа существенных изменений касалась преступлений против военного имущества. В середине XX века советские Вооружённые Силы были оснащены новейшей для этого времени боевой техникой, имели на вооружении разнообразные ценные приборы и аппараты, сложные машины и другое дорогостоящее имущество. Изменение характера имущества, принадлежащего Вооружённым Силам, потребовало изменений и условий ответственности за нарушение порядка его использования. Новый Закон в этой части внёс два наиболее существенных изменения.

1. В ранее действовавшем законодательстве продажа, залог или передача в пользование военнослужащим любого выданного ему в служебное употребление военного имущества рассматривались не как хищение, а как особое воинское преступление - промотание. Следует отметить, что в 1927 году, когда применялась эта норма, указанное имущество практически ограничивалось обмундированием, снаряжением и личным холодным и огнестрельным оружием. К 50-м годам XX века дела уже обстояли иначе. Военнослужащим были предоставлены для несения службы разнообразные, подчас весьма ценные предметы военной техники, причём во многих случаях эти предметы были предназначены для обслуживания целого подразделения и закреплялись не за одним, а за несколькими военнослужащими (автомашины, радиостанции и т.д.).

Таким образом, старое понятие промотания в известной части утратило своё значение. Понятие промотания следовало бы сохранить только для случаев незаконного отчуждения военнослужащим предметов обмундирования и снаряжения, которые выдавались ему в личное использование и предназначались для удовлетворения его личных потребностей во время прохождения службы. Так и был решён этот вопрос в ст. 14 Закона. Отчуждение военнослужащим иных выданных ему для несения службы предметов военного имущества (оружия, средств передвижения, средств связи и т.д.) стало подпадать под признаки хищения государственного имущества. В соответствии с диспозицией ст. 14, субъектом промотания мог быть только военнослужащий срочной службы. Это объясняется тем, что лицам офицерского состава обмундирование и снаряжение выдаются не в пользование, а в собственность, и поэтому отчуждение этих предметов не образует состава преступления.

2. В прежнем военно-уголовном законодательстве была предусмотрена ответственность за умышленное уничтожение и повреждение только того имущества, которое было выдано военнослужащему в личное пользование или употребление. Это не обеспечивало должной охраны других видов военного имущества. Ст. 15 Закона установила наказание за умышленное уничтожение и повреждение любого военного имущества, как выданного должностному лицу, так и находящегося у других военнослужащих или в распоряжении военной части.

Формулировки всех статей Закона были приведены в соответствие с принятой военной терминологией. С учётом опыта Великой Отечественной войны были изменены отдельные нормы, а некоторые вообще исключены из военно-уголовного законодательства.

Так, в Положении о воинских преступлениях 1927 г. предусматривалась ответственность за сдачу неприятелю начальником военных сил и оставления средств ведения войны "вопреки военным правилам". Такая формулировка создавала впечатление, будто бы сдача противнику военных сил, т.е. личного состава войск, в каких-то случаях допускалась "военными правилами". В действительности советские воинские уставы не допускали сдачу военных сил ни при каких обстоятельствах.

Опыт Великой Отечественной войны не подтвердил необходимости сохранения в законодательстве таких составов, как "сношение с лицами, находящимися на неприятельской территории" и "самовольное отступление начальника от данных ему для боя распоряжений", и они не были включены в Закон.

Что касается самовольного отступления начальника от данных ему для боя распоряжений, то следует отметить, что эта норма без необходимости ограничивала инициативу командиров на поле боя. Условия современной войны с её быстроменяющейся обстановкой заставляют командиров в ряде случаев самостоятельно принимать необходимое решение, не ожидая указаний вышестоящего командования. При этом уголовная ответственность за нарушение ранее полученных распоряжений может наступать только при наличии в действиях командира признаков злоупотребления, превышения, бездействия власти или халатного отношения к службе (ст. 24), в случае неповиновения (ст. 2) или неисполнения приказа по неосторожности.

Важной особенностью Закона 1958 года (как и прежнего) являлось то, что в нём во многих статьях, касающихся отдельных воинских преступлений, допускалась возможность привлечения виновного к дисциплинарной ответственности.

Военнослужащему, совершившему нарушение воинского правопорядка, подпадающее под действие уголовного закона, если это нарушение было совершено при смягчающих обстоятельствах, Закон предоставлял возможность исправиться путём применения к нему мер дисциплинарного воздействия, мер воспитательного характера.

Серьёзные изменения в военно-уголовное законодательство советского периода были внесены Указом Президиума Верховного Совета СССР от 15 декабря 1983 г. "О внесении изменений и дополнений в некоторые акты уголовного законодательства СССР" [9]. На основании союзного Указа Указом Президиума Верховного Совета БССР от 19 января 1984 года в новой редакции были сформулированы и отдельные статьи главы кодекса "Воинские преступления".

Со времени принятия Закона СССР "Об уголовной ответственности за воинские преступления" прошло 25 лет, за которые произошли изменения в жизни и деятельности Вооружённых Сил. Повысились требования по обеспечению боеспособности и боеготовности войск и сил флота, укреплению воинской дисциплины и порядка. Судебная практика военных трибуналов выявляла отдельные недостатки в формулировках диспозиций статей Закона и в их санкциях. Но самое главное - крупным цветом в войсках расцвело казарменное хулиганство, т.н. "дедовщина", а конкретной статьи за это тяжкое воинское преступление Закон не содержал (такие действия квалифицировались как общеуголовное преступление - хулиганство).

Наиболее существенными изменениями явились следующие:

- как уже указывалось выше, была введена новая по своему содержанию статья "Нарушение уставных правил взаимоотношений между военнослужащими при отсутствии между ними отношений подчинённости";

- новое законодательство уже не оценивало как воинское преступление оскорбление на словах или ненасильственным действием начальника, старшего, младшего или подчинённого. Эти действия стали рассматриваться как дисциплинарный проступок;

- в составах уклонений от воинской службы произошла дифференциация сроков продолжительности уклонений в направлении ужесточения наказания за более длительные;

-была введена новая статья (ст. 151) "Нарушение правил обращения с оружием, а также с веществами и предметами, представляющими повышенную опасность для окружающих", ранее содеянное рассматривалось как общеуголовное, а не воинское преступление;

- дифференцирована ответственность военнослужащих за должностные преступления, халатное отношение к службе стало предусматриваться специальной нормой (ст. 241);

-были более чётко сформулированы дефиниции несения боевого дежурства, специальных служб и т.д.

Изменения и дополнения закона сыграли свою положительную роль в деле укрепления воинской дисциплины и в период строительства суверенных Вооружённых Сил Республики Беларусь в 1992 - 1994 гг., когда никаких новшеств в военно-уголовное законодательство привнесено не было. Это свидетельствует о достаточной его проработанности и эффективности применения уже в новых условиях белорусской государственности.

IV. Реформирование военно-правовых отношений в сфере борьбы с преступностью периода современной белорусской государственности

Началом современного периода самостоятельного развития белорусского военно-уголовного законодательства можно считать принятие Закона Республики Беларусь от 1 марта 1994 года "О внесении изменений и дополнений в Уголовный кодекс Республики Беларусь и некоторые другие законодательные акты Республики Беларусь" [10].

Этот Закон явился отражением изменений в жизни Беларуси с учётом получения ею независимости и демократических преобразований, происшедших на постсоветском пространстве, а также событий в г. Москве в августе 1991 и октябре 1993 годов.

Прежде всего, изменения коснулись общего понятия воинского преступления, а точнее, обстоятельств, исключающих ответственность военнослужащего за деяния, формально содержащие признаки состава преступления.

Так, было закреплено, что "не является преступлением деяние, предусмотренное уголовным законом, но совершаемое во исполнение приказа начальника, отданного по службе. Ответственность за последствия исполнения приказа несёт начальник, отдавший приказ. За совершение преступления по заведомо преступному приказу начальника подчинённый подлежит ответственности на общих основаниях. При этом исполнение приказа может быть признано обстоятельством, смягчающим ответственность. За неисполнение заведомо преступного приказа подчинённый не подлежит ответственности".

С точки зрения теории и юридической практики не совсем понятно было введение правила, согласно которому "лицо, совершившее предусмотренное главой 16 ("Воинские преступления") настоящего кодекса деяние, не представляющее большой общественной опасности, при смягчающих обстоятельствах может быть освобождено от уголовной ответственности с применением правил Дисциплинарного устава". Ведь 12 статей из 19 связывали понятие смягчающих обстоятельств с отсутствием состава преступления - т.е. предусматривали не уголовную, а дисциплинарную ответственность.

Следующее изменение касалось исключения из статей слов "Вооружённых Сил СССР", "Советский Союз", "безопасности СССР", замены "измены Родине" на "измену государству".

Было декриминализировано самовольное оставление части или места службы в военное время на срок свыше 1 суток, совершённое офицерами, прапорщиками или военнослужащими сверхсрочной службы - установлено общее правило - и в военное время срок незаконного отсутствия не должен превышать 10 суток. Что побудило законодателя обратить внимание на ответственность именно этой категории военнослужащих, причём в военное время, остаётся только гадать.

Особым этапом в развитии военно-уголовного законодательства следует считать принятие в 1999 году нового Уголовного кодекса Республики Беларусь, вступившего в силу с 1 января 2001 года.

Воинским преступлениям посвящена глава 37 (последняя), состоящая из 28 статей. Кроме того, в самом начале главы помещены "примечания", имеющие большое принципиальное значение для определения юридического понятия воинского преступления.

Согласно определению "воинскими признаются предусмотренные настоящим Кодексом преступления против установленного порядка несения военной службы, совершаемые военнослужащими, проходящими военную службу в Вооружённых Силах Республики Беларусь, других войсках и воинских формированиях Республики Беларусь, а также военнообязанными во время прохождения сборов".

Сразу же оговоримся, что Законом Республики Беларусь от 4 января 2003 года произведены изменения в вышеназванном определении, которое более точно определило юридическую природу воинских преступлений.

По определению, даваемому в Уголовном кодексе 1999 года, к воинским преступлениям теоретически можно было отнести любые общеуголовные преступления (хищения, убийства и т.п.) при условии, что они совершались против установленного порядка несения военной службы. А ведь в широком смысле любое совершённое военнослужащим преступление влияет в отрицательном плане на установленный порядок несения военной службы. Законом от 4 января 2003 года эта непродуманная формулировка была заменена на более точную: "Воинскими признаются предусмотренные настоящей Главой (а не Кодексом) преступления" и далее по тексту.

Таким образом, дефиниция понятия воинского преступления в белорусском военно-уголовном праве практически полностью повторяет сложившуюся в советский период, очерчивая при этом воинские преступления только главой 37 и расширяя места службы военнослужащих, помимо Вооружённых Сил Республики Беларусь, "другими войсками - воинскими формированиями Республики Беларусь".

К "другим войскам" относятся Пограничные, Внутренние войска МВД, а к "воинским формированиям" - Служба безопасности Президента Республики Беларусь, военная прокуратура, военные суды и др.

Одно из существенных нововведений кодекса 1999 года, перечёркивающее столетнюю, в том числе и советскую военно-уголовную практику, - признание дисциплинарного проступка, а не преступления, по отдельным статьям о воинских преступлениях при смягчающих обстоятельствах.

В настоящее время в части 4 "Примечания" закреплено принципиальное положение, что "лицо, совершившее предусмотренное настоящей главой деяние, не представляющее большой общественной опасности, при смягчающих обстоятельствах может быть освобождено от уголовной ответственности с применением правил Дисциплинарного устава Вооружённых Сил Республики Беларусь".

Это очень важно, т.к. совершение военнослужащим общественно-опасного деяния, подпадающего под признаки состава воинского преступления, указанного в главе 37, во всех случаях будет квалифицироваться как преступление, и только суд до недавнего времени (а сейчас и прокурор) может его освободить от уголовной ответственности на законных основаниях.

Ранее же установление смягчающих вину обстоятельств по отдельным воинским преступлениям означало отсутствие в действиях лица состава преступления - а разница с освобождением от ответственности за совершённое преступление в данном случае весьма существенна!

Кодекс ввёл новое наказание для военнослужащих, проходящих военную службу по контракту, - "ограничение по военной службе". Это наказание назначается военным судом на срок от трёх месяцев до двух лет в случаях, предусмотренных соответствующими статьями главы 37 Уголовного кодекса за совершение воинских преступлений, а также вместо исправительных работ, предусмотренных за иные преступления. Суть данного вида наказания в следующем: из денежного содержания осуждённого к ограничению по военной службе производится удержание в доход государства в размере, установленном приговором суда, в пределах от 10 до 25 %. Во время отбывания этого наказания осуждённый не может быть повышен в должности, воинском звании, а срок наказания не засчитывается в срок выслуги лет для присвоения очередного воинского звания.

Очень действенное и с государственным подходом наказание - вспомните Петра I с его указами о возвращении доброго имени!

Для военнослужащих срочной службы уголовный закон оставил испытанное временем направление в дисциплинарный батальон, только назвал это уголовное наказание по-новому - "направление в дисциплинарную воинскую часть". Оно назначается военнослужащим срочной службы на срок от трёх месяцев до двух лет (как и ограничение по военной службе для контрактников) в случаях, предусмотренных статьями главы 37, либо в случаях, когда суд, учитывая обстоятельства дела и личность осуждённого, найдёт целесообразным вместо лишения свободы на срок до двух лет применить направление в дисциплинарную воинскую часть на тот же срок.

Но самое главное отличие от такого же наказания по старому военно-уголовному законодательству - оно не может применяться вместо лишения свободы к лицам, совершившим тяжкие и особо тяжкие преступления, а это практически все насильственные преступления военнослужащих по отношению друг к другу.

Были декриминализированы следующие воинские преступления:

-неисполнение приказа, совершенное в военное время или в боевой обстановке;

-сопротивление начальнику и принуждение его к нарушению служебных обязанностей, сопряженное с убийством начальника либо совершаемое в военное время или в боевой обстановке;

- самовольная отлучка;

- самовольное оставление части или места службы лицом офицерского состава, прапорщиком, мичманом или военнослужащим сверхсрочной службы, а равно неявка его в срок на службу без уважительных причин продолжительностью менее 10 суток, но более трех суток, совершаемые повторно в течение года;

- утрата военного имущества, совершенная в военное время или в боевой обстановке;

- нарушение правил кораблевождения,

- нарушение уставных правил внутренней службы, не повлекшее вредных последствий, а также совершенное в военное время или в боевой обстановке;

-сдача или оставление противнику средств ведения войны;

- оставление погибающего военного корабля;

- добровольная сдача в плен;

- преступные действия военнослужащего, находящегося в плену;

- мародерство.

Исключены из числа воинских и расцениваются как военные преступления (гл. 18) ряд преступлений, посягающих на гуманитарное право. Криминализировано уничтожение или повреждение военного имущества по неосторожности.

Давая общую оценку действующему военно-уголовному законодательству Республики Беларусь, необходимо отметить, что оно является неотъемлемой частью уголовного права нашего государства и применяется с учетом Общей и Особенной частей Уголовного кодекса Республики Беларусь. Это касается таких институтов, как множественность преступлений, вины, обстоятельств, смягчающих ответственность, и др. Они полностью распространяются на главу 37 "Воинские преступления" с особенностями, указанными в этой главе и, в частности, в "Примечании" Законодатель уточнил признаки воинских преступлений, дифференцировал ответственность за их совершение, исключил потерявшие актуальность или не соответствующие современному уровню развития государственности Республики Беларусь и ее Вооруженных Сил.

Но жизнь течет, и изменения в общественных отношениях происходят ежечасно.

История становления и развития белорусского военно-уголовного законодательства учит: главное - не опаздывать и своевременно изменять закон в соответствии с изменившимися обстоятельствами. Военная реформа, затронувшая и определенный порядок прохождения военной службы, требует принятия дополнительных уголовно-правовых мер для его защиты от преступных посягательств.

Эти меры представляют собой комплекс специальных, адресованных только военнослужащим норм, предусматривающих ответственность за воинские преступления, то есть военно-уголовное законодательство. И его совершенствование - веление времени.

ЛИТЕРАТУРА:

1.Кислицын МК, Ежов А.Н., Самойлов А.С. История формирования и развития российского военно-уголовного законодательства. Москва, 2002. - С. 21

2.СУ РСФСР, 1919 -№58.

3.11 съезд РКП(б). Москва, 1936. - Постановление совещания военных делегатов XI партсъезда. - С. 693. 4 СЗ СССР, 1924. - № 24.

5.СЗСССР, 1927.-М 50.

6 Солнцев К.И. Воинские преступления. Москва, юридическое издательство НКЮ, СССР, 1938.

7 Викторов Б А. Военное законодательство и органы военной юстиции в период Великой Отечественной войны. Журнал «Советское государство и право». -1965. - № 5. - С. 29 - 35.

8 Закон об уголовной ответственности за воинские преступления. Москва, 1959.

9. Указ Президиума Верховного Совета СССР от 15 декабря 1983 года «О внесении изменений и дополнений в некоторые акты уголовного законодательства СССР». Журнал «Социалистическая законность». - 1984. - № 2. - С. 62 - 63.

10 Ведомости Верховного Совета Республики Беларусь - № 12 (122) от 25.04.94. - Ст. 176.

11. Уголовный кодекс Республики Беларусь. Официальное издание. Минск, Национальный центр правовой информации Республики Беларусь. - 1999. - С. 205 - 214.


Для комментирования необходимо зарегистрироваться на сайте

  • <a href="http://www.instaforex.com/ru/?x=NKX" data-mce-href="http://www.instaforex.com/ru/?x=NKX">InstaForex</a>
  • share4you сервис для новичков и профессионалов
  • Animation
  • На развитие сайта

    нам необходимо оплачивать отдельные сервера для хранения такого объема информации