ДИАЛЕКТИКА УГРОЗ НАЦИОНАЛЬНОЙ БЕЗОПАСНОСТИ

ВЕСТНИК АКАДЕМИИ ВОЕННЫХ НАУК

№ 1(14)/2006

Полковник С.А. МОДЕСТОВ,

доктор политических наук,

доктор философских наук,

профессор, действительный член АВН

ДИАЛЕКТИКА УГРОЗ НАЦИОНАЛЬНОЙ БЕЗОПАСНОСТИ

Представленный президентом академии доклад был выслушан учеными нашего отделения с большим интересом. В нем сосредоточено коллективное видение проблематики современной военной науки и намечены пути решения выявленных проблем.

Хотелось бы чуть более подробно остановиться на тех тезисах доклада, которые в силу своей предметной специфики наиболее близки ученым отделения национальной безопасности и геополитики.

Это прежде всего вопрос о характере угроз национальной безопасности России, особенностях их проявления, их соотношении.

На последнем сборе руководящего состава Вооруженных Сил страны Президент Российской Федерации поставил задачу: Вооруженные Силы должны быть готовы не только обеспечить глобальную стабильность, но и защитить Россию от любых попыток военно-политического давления и силового шантажа.

Президент тут же уточнил: «Такие способы проведения внешней политики, к сожалению, в мире еще имеются». Слова Верховного Главнокомандующего вряд ли можно отнести к политической риторике - министр обороны в своем докладе сделал акцент на той же проблеме: «Скажу больше: в последнее время обозначилась устойчивая тенденция к расширению диапазона применения военной силы».

При этом министр традиционно сослался на рост многообразия угроз международной и национальной безопасности, не поставив, однако, как раньше, на первое место международный терроризм.

Тем не менее уже озвученный ранее принцип превентивности в борьбе с террористами министр обороны предложил перенести в сферу деятельности по обеспечению обороны и безопасности страны.

Под превентивностью понимаются не только удары по террористам, «но и другие действия упреждающего характера, имеющие целью предотвращение возникновения различных угроз до того, как возникнет необходимость в принятии крайних мер для их нейтрализации».

Говоря об угрозах, мы должны отличать угрозы военные от угроз политических, экономических, экологических, демографических и т.д. Они могут быть внешними и внутренними. А объектом их может быть безопасность международная и национальная с последующей декомпозицией на уровни личности, общества и государства.

Мы полагаем, что в современных условиях при сохранении самого факта военных угроз того или иного рода, при изменении их характера, направленности, степени выраженности и динамики проявления на первый план выдвигаются угрозы информационной, политической, экономической безопасности. Угрозы становятся постоянно действующими, скрытыми и обезличенными, диверсифицированными по формам и объектам, которым они адресованы.

Перекрестное действие различных факторов, источников угрозы означает, что угрозы военной (оборонной) безопасности могут носить экономический, научно-технический, информационный и иной характер. И наоборот.

При этом внутренние источники угроз становятся куда более важными. Собственно, они не становятся более важными, а всегда были такими. Просто в иной исторической, социально-политической ситуации было удобнее ссылаться на внешнюю угрозу, на внешнего врага.

Между тем причина причин, источник многих, если не всех, неудач кроется в нас самих, в нашей неспособности адекватно оценить вновь возникшую внешнюю угрозу, в неумении парировать ее своими грамотными ответными действиями или - что, конечно, предпочтительнее - предотвратить вызревающую угрозу нашими упреждающими действиями.

Вспомним М.А. Булгакова, который вместе с профессором Ф.Ф. Преображенским точно определил источник грозившей стране разрухи, увидев его не в старухе с клюкой и не в ведьме, которая выбила все стекла и потушила все лампы. «Разруха не в клозетах, а в головах».

Вернемся к теме военной угрозы. Речь не идет о том, что внутренняя военная угроза, исходящая, например, от незаконных вооруженных формирований, значительнее, чем угроза внешняя. Хотя явно происходит некоторое перераспределение в соотношении собственно военной угрозы внутренней и внешней.

Именно поэтому действительный член нашей Академии депутат Госдумы генерал армии А.С. Куликов ставит вопрос о дополнении предназначения Вооруженных Сил Российской Федерации еще одной, внутренней функцией.

В структуре любой угрозы, даже внешней, присутствуют органично, диалектически с ней связанные внутренние составляющие. В ситуации же, когда источники внешней угрозы оказываются все более мощными и заведомо более ресурсообеспеченными, Россия как объект угрозы и субъект противостояния ей должна с особым вниманием рассматривать внутренние составляющие угрозы. То есть то в себе и у себя, на что мы еще можем влиять в стремлении дать асимметричный ответ на растущую внешнюю угрозу.

Обеспечить же национальную безопасность (т.е. безопасность страны в целом) от любых угроз, в том числе военных, мы сможем, лишь решив чрезвычайно непростую оптимизационную задачу распределения ограниченных ресурсов для нейтрализации всего спектра угроз.

Полагаю, здесь у военных ученых есть обширное поле для научного поиска. Этим и занимаются в нашем, 5-м отделении АВН. Актуальность данной тематики очевидна: практически все выступавшие сегодня (и президент академии Гареев, и начальник Генерального штаба Балуевский, и главком ВМФ адмирал Масорин, и советник Председателя Правительства генерал Шаманов, и депутат Госдумы Куликов) так или иначе затрагивали вопрос об угрозах.

В заключение несколько слов о собственно военной угрозе. Что изменилось в ее характере? Подразумевая непрямые действия и разрушение (прямо по Сунь Цзы) наших замыслов и союзов, она стала предполагать постоянное неослабевающее давление на нас. Начало непосредственной подготовки к войне и само вооруженное вторжение становится менее вероятным и нежелательным. В арсенале этой обновленной угрозы - широкий набор невоенных (информационных, экономических, политико-дипломатических и иных) средств и методов воздействия.

Угроза же собственно военного воздействия выводит в число первоочередных объектов поражения объекты информационного ресурса (прежде всего системы, органы и средства управления), группировку сил стратегического ядерного сдерживания, отдельные уникальные высокотехнологичные производства.

При этом вовсе не обязательно (а порой и даже вредно) наносить по ним огневые удары. Те, кто там работает или несет службу, должны лишь чувствовать нарастающее давление заведомо более мощного противника, готовность его разделить с нами ответственность за контроль над этими критическими объектами, необходимость согласовывать с ним все наши действия, чувствовать свою зависимость от него.

Помимо информационных, экономических, политических и иных форм реализации такой угрозы могут применяться и собственно военные силы и средства, хотя это не означает прямого вооруженного столкновения. Достаточно демонстрации силы (расширения сети баз и военного присутствия в Румынии, Прибалтике, Польше, Грузии), ее показательного применения на второстепенных противниках (Югославия, Ирак, Афганистан). Угроза может быть вербализована в милитаристских заявлениях о готовности к нанесению в ближайшем будущем ударов (Сирия, Иран). Она может также подкрепляться введением против «плохой страны» блокады или частичного эмбарго на импорт вооружения и военной техники, экспорт товаров, являющихся главным источником доходов «наказываемой» страны.

Применительно к нашей стране такими угрозами становятся:

- претензии религиозных экстремистов и сепаратистов, подкрепляемые диверсионно-террористическими действиями с использованием вооружения и военного имущества, добытого преступным путем или доставленного из-за рубежа;

  • наращивание военного присутствия США и других стран НАТО на территории стран Восточной Европы, Закавказья и Центральной Азии, непосредственно примыкающей к территории Российской Федерации;

  • активизация военного сотрудничества, включая настойчивые предложения «помощи» в деле усиления контроля за объектами ядерно-энергетического и ядерно-оружейного комплекса перед лицом террористической угрозы;

  • распространение оружия массового поражения, которое может оказаться не только у некоторых соседних с Россией государств, не слишком обременяющих себя ответственностью за сохранение стратегической стабильности в мире, но и у террористических группировок, готовых пожертвовать кем и чем угодно при реализации своих преступных планов;

  • стремление к скупке активов стратегических предприятий, имеющих ключевое значение для выполнения оборонного заказа, добычи важнейших полезных ископаемых и нормального функционирования систем жизнеобеспечения страны с последующим свертыванием на них производства под видом модернизации, перепрофилирования, вывода с рынка и т.д.;

- ненадлежащие темпы, характер, направленность и объемы финансирования собственного военного строительства и строительства Вооруженных Сил;

- усиление разведывательной деятельности в области космической, воздушной, радио- и радиотехнической разведки против России при заметном свертывании такой деятельности с нашей стороны.

Если внимательно присмотреться к семи перечисленным угрозам, то можно заметить, что пять из них связаны с нашим внутренним, собственным состоянием, которое и порождает угрозу (либо провоцирует ее или не может ничего предложить для ее предотвращения или нейтрализации). Так какие же угрозы превалируют для ослабевшего сегодня Отечества - внешние или внутренние?

А ведь были времена, когда в Европе ни одна пушка не могла выстрелить без разрешения России!


Для комментирования необходимо зарегистрироваться на сайте

  • <a href="http://www.instaforex.com/ru/?x=NKX" data-mce-href="http://www.instaforex.com/ru/?x=NKX">InstaForex</a>
  • share4you сервис для новичков и профессионалов
  • Animation
  • На развитие сайта

    нам необходимо оплачивать отдельные сервера для хранения такого объема информации