Роль освоения природных ресурсов Сибири для развития экономики России

ВИНИТИ

Серия «ЭКОНОМИЧЕСКИЙ И НАУЧНО-ТЕХНИЧЕСКИЙ ПОТЕНЦИАЛ»

№9/2005, стр. 13-20

Роль освоения природных ресурсов Сибири для развития экономики России

В издании Current History опубликована статья F.Hill, в которой рассматривается роль освоения природных ресурсов Сибири для развития экономики России.

Сибирь, располагающая огромными природными ресурсами, всегда играла жизненно важную роль в российской экономике. По оценкам, в Сибири находится 80% запасов российской нефти, около 85% природного газа, 80% каменного угля, аналогичное количество драгоценных металлов и алмазов, более 40% лесных ресурсов. Благодаря такой богатой ресурсной базе и ее эксплуатации Сибирь, по утверждению некоторых экспертов, является «эффективной национальной территорией» России или ее экономической основой, регионом, который производит прибавочный продукт относительно численности его населения и, в сущности, поддерживает всю остальную страну. Как показали недавние исследования географа M.Bradshaw и экономиста P.Westin, за исключением Москвы и самарского индустриального региона, основными донорами российской экономики с точки зрения ВВП на душу населения являются все богатые природными ресурсами регионы, главным образом Сибири и Дальнего Востока. Возглавляет этот список нефтедобывающая Тюменская область, затем следуют Чукотка, также один из основных производителей энергии; Саха (Якутия) с первоклассной алмазной промышленностью; Магаданская область, основной горнодобывающий регион; Сахалин, с новыми богатейшими месторождениями нефти и природного газа; Красноярский край, с угольной промышленностью, добычей полезных ископаемых и драгоценных металлов.

Несмотря на огромные природные богатства, Сибирь всегда ставила вызовы российскому государству и она остается предметом жарких дискуссий на федеральном и региональном уровне. Крупные сибирские города и промышленные предприятия, большинство из которых построено в советский период, являются главными получателями средств из российского бюджета. Сибирь изобилует источниками энергии и минеральными ресурсами, однако одновременно это регион огромных расстояний, сурового климата и угасающей промышленности. Перед российским правительством стоит задача найти способы превращения Сибири в экономически жизнеспособный и устойчивый регион без увеличения текущих уровней федеральных субсидий.

В настоящее время природные ресурсы Сибири имеют для России такое же критически важное значение, как и во все предыдущие периоды ее истории. Россия нуждается в Сибири и в западносибирской нефти больше, чем когда-либо раньше, и в будущем она еще больше будет нуждаться в Сибири и в восточносибирской нефти.

Западносибирская нефть была существенным элементом оживления постсоветской экономики. Хотя эксперты Всемирного банка (ВБ) и другие обозреватели приводят ряд факторов, которые стимулировали экономический рост после российского финансового краха 1998 г., наибольшее значение имел быстрый рост мировых цен на сырую нефть начиная с 1999 г. Высокие мировые цены на нефть обеспечили крупное вливание денег в российскую нефтяную индустрию, содействовали ее восстановлению после периода глубокого спада 90-х годов и позволили ей увеличить производство и экспорт. С тех пор рост российского ВВП и бюджетных доходов привязан к мировым ценам на нефть.

Многие российские экономисты, включая министра экономического развития и торговли Г.Грефа, признали, а исследование ВБ, МВФ, Брукингского института показало, что большая доля экономического роста в российских производственных и обслуживающих секторах после 1999 г. связана с неожиданным увеличением цен на нефть. Выгоду от заказов нефтяного и газового секторов получили строительство, производство, оборона и транспорт. Наиболее существенный рост имел место в машиностроении: для удовлетворения спроса на транспортировку в Европу и Азию больших объемов нефти как из России, так и из соседнего богатого энергоресурсами

Казахстана при отсутствии новых экспортных трубопроводов заметно увеличилось производство железнодорожных вагонов. Быстрый подъем в этих секторах, связанный с ростом цен на нефть, позволил российскому правительству повысить расходы на проведение реформ и экономическую реструктуризацию. Этот подъем даже дал основание поставить задачу удвоения ВВП в следующем десятилетии.

Многие аналитики в России и на Западе полагают, что прямая связь между российским экономическим ростом и нефтью, природным газом и другими природными ресурсами представляет собой классический пример «ресурсного проклятия». Согласно преобладающей точке зрения, Россия придает слишком большое значение нефтяному и энергетическому секторам в ущерб другим отраслям и на этой основе в долгосрочной перспективе не может быть достигнут устойчивый экономический рост. Но в действительности это не совсем верно. Природные ресурсы, нефть и природный газ обеспечивают стране относительные преимущества. Учитывая огромные масштабы российских энергетических ресурсов, их интенсивную разработку в советский период, а также объемы государственных инвестиций в этот сектор, логично предположить, что он будет доминирующим фактором для экономики России. Проведенное в Станфордском университете исследование подтвердило, что многие страны, включая Великобританию, США, Австралию и Норвегию, успешно добивались долгосрочного экономического роста и технологического прогресса на базе использования природных ресурсов. Добывающий и энергетический секторы оказались среди наиболее наукоемких и высокотехнологичных и, в свою очередь, способствовали росту в других отраслях, что в последние годы наблюдалось и в России. Начиная с 60-х годов добывающие отрасли России были частью ее высокотехнологичного сектора и индустриальной базы знаний. Особенно успешно отрасли адаптировались к деятельности в Заполярье и удаленных районах Сибири. В отличие от других производственных секторов, нефтяная и газовая отрасли интенсивно используют технологии, а не рабочую силу, исходя из перспективы деятельности в районах с наиболее суровыми климатическими условиями, находящихся на большом удалении, поэтому они заслуживают положительной оценки.

Однако для поддержания и обеспечения высокой производительности и эффективности энергетические отрасли обычно требуют повышенного уровня капиталовложений. В случае России, многие нефтяные запасы Западной Сибири, которые были освоены еще в советский период, использованы уже на 80% и находятся на грани снижения добычи нефти. Согласно многим прогнозам, несмотря на внедрение начиная с 1999 г. более эффективных методов добычи и новых технологий, производство нефти в Западной Сибири достигнет пикового значения примерно в 2010 г., затем, после некоторого периода сохранения этого уровня, начнет падать, если не будут освоены новые месторождения. Имеются огромные нетронутые запасы в Восточной Сибири, но освоение их будет трудной задачей, так как они являются сложными с геологической точки зрения и чрезвычайно удалены от существующих нефтедобывающих центров и главных энергетических рынков. Включение новых нефтяных запасов Восточной Сибири в производство потребует значительного времени и крупных инвестиций. Поэтому необходимо начать их разработку до начала спада добычи нефти в Западной Сибири. Таким образом, в следующем десятилетии российское правительство будут уделять повышенное внимание Сибири, добыче сибирских энергетических ресурсов и решению проблем, связанных с долгосрочным развитием региона.

В 70-е и 80-е годы перед Советским Союзом также стояла проблема снижения добычи нефти и существовала острая потребность в увеличении доходов от продажи энергоресурсов. В 70-е годы правительство развернуло крупномасштабное индустриальное и инфраструктурное строительство в Сибири и на Дальнем Востоке - наряду с космической гонкой и расширением влияния в развивающемся мире. В то же время в условиях сохранявшихся высоких цен на нефть Советский Союз начал придавать особое значение повышению уровня жизни своих граждан и в 1985 г. была поставлена цель к 2000 г. удвоить промышленное производство. Однако правительству не удалось обеспечить непрерывный динамичный рост в энергетическом секторе. Недостаточное внимание к разработке нефтяных месторождений и инвестированию в 60-е годы, нехватка оборудования, возросшие издержки производства и транспортировки, связанные с переходом к разработке более сложных и более удаленных месторождений Западной Сибири в конечном итоге привели к снижению темпов роста добычи нефти в конце 70-х годов. Мировые цены на нефть резко упали в 1986 г., именно тогда добыча нефти в Советском Союзе достигла пикового значения и затем снижалась в течение десятилетия. Правительство и нефтяная индустрия были вынуждены сосредоточить внимание на выполнении краткосрочных обязательств, а не на долгосрочном развитии нефтяного сектора.

В свете советского опыта, если произойдет аналогичное резкое падение цен на нефть, совпадающее с нынешними планами правительства удвоить ВВП в течение следующего десятилетия, долгосрочное развитие российской нефтяной отрасли, как и устойчивый рост экономики России, вновь окажется в опасности. Однако опыт советского периода свидетельствует о том, что энергетический сектор останется незаменимым элементом долгосрочного экономического развития РФ. Российская нефть преимущественно находится в Сибири и именно в Сибири заключено богатство России. Поэтому в равной мере критически важным остается развитие как энергетического сектора, так и самой Сибири.

В настоящее время, по мнению некоторых аналитиков, Россия стоит перед «сибирской» дилеммой. Страна нуждается в энергетических ресурсах Западной и Восточной Сибири. Однако для того чтобы извлечь эти ресурсы, необходимо разрешить трудности и инфраструктурные проблемы, связанные с перемещением базы энергетической индустрии в весьма удаленные регионы, в особенно суровую климатическую зону с огромными перепадами температур, от высоких в летнее до чрезвычайно низких в зимнее время. Эта дилемма затрудняется тем, что индустриализация советского периода и массовое заселение Сибири, особенно после Второй мировой войны, привели к тому, что некоторые части Сибири неадекватно развиты.

Россия имеет в холодной зоне больше крупных городов и энергоемких отраслей тяжелой промышленности, чем любая другая страна мира. Примечательно, что до 20-х годов XX в. многие сибирские города были небольшими, а некоторые еще не были построены. В 1897 г. численность населения самого крупного в настоящее время города Новосибирска (около 1,5 млн. жителей) составляла лишь 8000 человек. Населенность и индустриализация Сибири в ее нынешних масштабах являются результатом целенаправленной политики советского государства. А поскольку окружающая температура держится ниже -50°С в течение длительного зимнего периода, большинство людей и отраслей в этих городах просто не могут выжить (как не могли и в советский период) без государственной помощи и доступа к энергосетям по относительно низкой цене.

Российское правительство традиционно субсидировало внутренние цены на энергоносители и должно также оплачивать поставки топлива на зимний период в самые холодные регионы, ежегодно расходуя на эти цели, по крайней мере, 700 млн. долл. Другие страны, расположенные в северных широтах, такие как Канада и США, также тратят миллиарды долларов ежегодно на оплату работ по уборке снега и льда с шоссейных, железных дорог, взлетно-посадочных полос и пр.; подачу тепла и топлива; страхование урожаев; строительные работы в условиях холодного климата; работы по линии МЧС и метеослужб; дополнительные меры по охране здоровья. В Сибири эти «дополнительные» поддержка и расходы считаются обычными, а более активная поддержка включает привлечение военной авиации к бомбардировке ледяных заторов на сибирских реках, переселение целых городов и деревень в период весенних паводков и т.д. По подсчетам Всемирного банка, в 1998 г. общие затраты на помощь населению удаленных районов с суровыми климатическими условиями достигали 2,0-3,0% ВВП.

Расходы на оказание помощи сибирским городам связаны не только с сильными морозами, но и с их чрезвычайной удаленностью от европейской части России. Результатом государственной политики заселения Сибири и тихоокеанского побережья, проводившейся в течение XX в., стали слабые инфраструктурные связи этих городов и поселков друг с другом. Поскольку большинство городов и промышленных объектов строились по указанию отдельных министерств из разных секторов экономики, а не в соответствии с планом экономического развития Сибири как интегрированного региона, сибирские шоссейные и железные дороги, воздушные пути и другие линии коммуникации в настоящее время не отвечают требованиям рыночной экономики. В Сибири существующая инфраструктура соединяет шахты и предприятия, а не города. Нехватка коммуникаций затрудняет развитие международной торговли и развитие рынков.

Удаленность Сибири является главным препятствием для всех форм взаимодействия с другими регионами и странами. По мере увеличения расстояния интенсивность движения товаров, капитала и людей снижается. Чем более удален регион, тем сильнее отрицательное влияние «эффекта расстояния», показал ряд исследований, проведенных в Канаде. Удвоение расстояния между двумя торговыми партнерами снижает ожидаемый объем торговли на четверть и более. Кроме того, негативное воздействие удаленности связано не только и не столько с транспортными издержками: в основе экономических транзакций лежат «социальные и профессиональные сети» - количество людей, взаимодействующих друг с другом в социальном и профессиональном плане - и с ростом расстояния эти сети становятся менее плотными, с менее прочными личными и институциональными связями. Коммерческие и социальные контакты возникают, как правило, в районе проживания и расширяются только в том случае, если они приносят выгоду.

В то время как советские плановики расходовали выручку от продажи нефти на масштабную индустриализацию и заселение Сибири невзирая на затраты, связанные с суровым климатом и отдаленностью, нынешнее российское правительство сосредоточилось на преодолении большого расстояния путем совершенствования инфраструктурных и транспортных сетей. Однако эта задача чрезвычайно трудна и требует огромных средств. В прошлом веке государство было вынуждено финансировать строительство самых протяженных пассажирских и грузовых железных дорог в мире, а в настоящее время - самого протяженного шоссейного пути, идущего от Санкт-Петербурга до Владивостока, с тем чтобы соединить Дальний Восток России с ее европейской частью. Однако доступ во многие населенные пункты Сибири, лежащие в стороне от этих артерий, включая некоторые крупные города, например Норильск с населением более 200 тыс. человек, в котором расположены крупнейшие металлургические предприятия, возможен только с помощью авиа- или речного транспорта в летний период. В результате крупные города Сибири в значительной степени зависят от субсидий федерального правительства на продовольствие и топливо, а также от установления преференциальных транспортных тарифов. Стоимость жизни в таких городах в четыре раза выше, чем в других регионах России, то же относится в ряде случаев и к производственным затратам.

Помимо трудностей и издержек, связанных с суровым климатом и большими расстояниями, Сибирь страдает от избыточного населения, занятого в убыточных, трудоемких отраслях. Хотя Сибирь традиционно считается слабо заселенным регионом, а Тюменская область и Красноярский край обеспечивают высокие уровни ВВП на душу населения, Сибирь перенаселена с точки зрения ее экономического потенциала. В советский период развитие Сибири приравнивалось к индустриализации и массовому заселению. Численность населения региона была доведена до нынешнего уровня для создания постоянного контингента рабочей силы для тяжелой промышленности, предприятия которой располагались вблизи источников сырья. Но с окончанием эры советской индустриализации рыночно ориентированное развитие Сибири требует нового подхода, при котором рабочую силу заменяют технологии. Другими словами, в будущем потребуется меньшее, а не большее количество людей.

По сути, Сибирь является экономической опорой России, источником ее природных ресурсов и богатства, однако это не означает, что в ней должна быть повышенная плотность населения. Большинство российских и западных экономистов и географов, которые анализировали перспективы развития экономики Сибири с учетом ее климата и удаленности от других частей России, выступают за переход от трудоемких производств к трудосберегающим технологиям и к отраслям, которые не нуждаются в большой численности рабочей силы или используют временных работников.

С распадом СССР и с потерей советских субсидий жизнь части населения Сибири существенно ухудшилась. После отмены в начале 90-х годов института прописки появились основания предполагать, что многие жители захотят переехать из Сибири в европейскую часть России. В это время произошел крупный отток населения из наиболее отдаленных регионов Сибири. Магаданская область и Чукотка, например, потеряли 53 и 66% жителей соответственно, а общая численность населения северных территорий России за период 1989-2002 гг. сократилась более чем на 14%. Однако вопреки предположениям, что самые суровые районы Сибири могут «обезлюдеть», в конце 90-х годов миграция прекратилась. Причем большинство уехавших из Сибири и с Дальнего Востока переместились не в европейскую часть России, а в более крупные города Сибири и Урала.

К сожалению, вопреки желанию многих потенциальных мигрантов переезд в европейскую часть России и в более густо населенные районы с умеренным климатом сдерживался ограничениями на регистрацию в таких городах, как Москва, а также отсутствием новой работы и жилья в других городах. В то же время многие жители Сибири не планируют покидать место своего жительства. Москва остается единственным быстрорастущим городом, в котором сконцентрированы основные коммуникации, услуги новые технологии и отрасли производства, жилищное строительство и зарубежные инвестиции. При том огромном разрыве, который имеется в развитии Москвы и других городов, включая Санкт-Петербург, московское правительство постоянно предпринимало усилия, направленные на сдерживание миграции, опасаясь непосильной нагрузки на бюджет города и его инфраструктуру.

Представители российского правительства обеспокоены возможной депопуляцией Сибири. Особенную озабоченность вызывают последствия продолжающегося снижения численности населения для обеспечения безопасности в регионе Дальнего Востока на границе с Китаем, где имеется демографический дисбаланс и все еще живы воспоминания о пограничном конфликте. В 90-е годы, по утверждению некоторых российских аналитиков, до 2,5 млн. китайских мигрантов проживали и работали в России, преимущественно на Дальнем Востоке. Однако масштабы китайской миграции, по всей вероятности, преувеличиваются: по более умеренным оценкам, речь может идти приблизительно о 200 тыс. человек. Опросы граждан КНР, пребывающих в России, свидетельствуют, что большинство из них являются экономическими мигрантами, которые не намерены постоянно проживать в РФ. В течение нескольких последних лет демографические проблемы, связанные с дисбалансом с КНР и китайской миграцией, не потеряли значимости, но основное внимание в российско-китайских отношениях в Сибири и на Дальнем Востоке было сосредоточено на потенциале российского энергетического экспорта с точки зрения поддержания продолжающегося роста китайской экономики. Почти неограниченный спрос Китая на энергию вызывает конкуренцию между КНР и Японией за доступ к региональным энергетическим поставкам и экспортным трубопроводным маршрутам, проходящим от нефтяных месторождений Восточной Сибири, что вновь подчеркивает значение сибирской нефти для российского государства и его будущего.

В отличие от китайских мигрантов, численность которых в Сибири может оказаться не слишком значительной, экономическая миграция из государств Центральной Азии стала главным региональным феноменом вследствие огромного наплыва на Урал и в Западную Сибирь этнических киргизов, узбеков и таджиков. На Урале и в Сибири на постоянной основе работает столь большое число граждан Киргизии (до 500 тыс.), что в 2002 г. правительство этой страны получило разрешение на открытие своего консульства в Екатеринбурге. Центральноазиатские мигранты изменяют демографическую структуру Урала и Западной Сибири, ставя вопрос о будущем составе российской рабочей силы, об изменении политики России в странах Центральной Азии и о сдвиге в профиле региональной экономики. Например, денежные переводы работающих в России киргизов и торговля с Россией в настоящее время являются одними из наиболее важных статей пополнения бюджета Киргизии. Россия оказалась перед лицом тех же проблем, связанных с иммиграцией, что и развитые западные страны. Более 90% иммигрантов заполняют ниши, которые освободили российские граждане, и выполняют неквалифицированную, не престижную работу, требующую тяжелого ручного труда.

Большое количество граждан государств Центральной Азии, прибывающих на заработки в Россию, может в будущем создать еще одну «сибирскую дилемму». Переселяясь в Сибирь с тем, чтобы уйти от безработицы и бедности у себя дома и работать, получая зарплату ниже оплаты труда россиян, иммигранты трудятся в непродуктивных отраслях в городах, которые получили чрезмерное развитие в советский период. По сути их дешевая рабочая сила используется для того, чтобы удерживать предприятия на плаву. Если рабочие-мигранты в конечном итоге получат долгосрочные разрешения на работу и станут жителями и гражданами России, они могут оказаться безработными уже в Сибири, когда предприятия потерпят банкротство, а это может произойти в ближайшие десятилетия.

Вопреки опасениям в отношении депопуляции Сибири и Дальнего Востока, российское правительство признается, что ошибочное развитие Сибири повлечет серьезные проблемы в будущем. В последних выступлениях и политических декларациях в отношении Сибири и северных регионов страны, президент В.Путин и другие высокие официальные лица призывали к более оптимальному, рациональному и результативному подходу к развитию региона и использованию его ресурсов. Правительство поощряет и поддерживает инициативу Всемирного банка по переселению жителей находящихся в наиболее трудных условиях северных районов в другие регионы России, включая ее европейскую часть. В то же время совершенствование коммуникаций и инфраструктуры в Сибири и переход от ресурсодобывающих к обрабатывающим отраслям часто являются главными темами выступлений В.Путина и других руководителей государства, когда речь идет о региональном развитии.

Начало новых инфраструктурных проектов, имеющих целью улучшение авто-, железнодорожных, воздушных и других связей между городами, и развитие новых отраслей промышленности не могут служить долгосрочным решением проблем Сибири. Большинство городов Сибири и Дальнего Востока не являются самодостаточными, а трудоемкие перерабатывающие, добывающие и другие отрасли советского периода потеряли экономическую устойчивость. После распада Советского Союза они отдалены от рынков сбыта своей продукции в остальной части России и от международных рынков, поэтому они выйдут из сферы бизнеса без какого-либо вмешательства правительства. Старые промышленные предприятия, не входящие в энергетический сектор, не могут получать достаточные доходы для установления высокого уровня оплаты труда, привлечения новой рабочей силы или поддержания имеющейся. Перед аналогичной дилеммой окажутся и новые отрасли.

Люди, которые хотят продолжать жить в Сибири (а таких достаточно много), остаются здесь по инерции и благодаря правительственным субсидиям, а также из-за бесчисленных барьеров, которые стоят на пути переселенцев в любой другой регион. Новые мигранты прибывают из Китая и стран Центральной Азии, в которых значительно хуже экономические условия, ниже зарплаты и жизненный уровень. Парадоксально, что представители российского правительства, выступающие за смещение акцентов и переход от извлечения энергетических и природных ресурсов к оживлению перерабатывающих отраслей Сибири, могут ухудшить ситуацию с точки зрения будущего развития региона. Они ослабят энергетический сектор, если лишат его инвестиционных ресурсов, они отвлекут и впустую растратят ресурсы, пытаясь вдохнуть новую жизнь в умирающие перерабатывающие сектора, которые для того, чтобы оставаться на плаву, требуют повышенных правительственных субсидий.

Богатство Сибири является богатством России, но ее ресурсы эксплуатируются за очень высокую цену. В настоящее время Сибирь ставит перед Россией иные вызовы, чем те, которые были в начале XX в. Теперь стоит задача не открытия и завоевания Сибири, а ее развития на новой устойчивой базе в интересах будущего, преодолевая ошибки прошлого. Эта задача может оказаться более трудной, чем та, которая стояла перед Россией сто лет назад. В настоящее время Сибирь является сосредоточием многих проблем и не ясно, сможет ли правительство разумно и быстро преобразовать профиль ее экономики, населения и индустрии.

До тех пор пока эта проблема не будет решена тем или иным образом (например, путем содействия увеличению миграции рабочей силы из Сибири в другие части России), регион в течение длительного времени будет оставаться бременем для российского государства и российской экономики. Несмотря на богатую ресурсную базу, Сибирь может стать тормозом будущего развития России, особенно в случае падения цен на нефть и одновременного снижения добычи нефти в России. Предсказание М.Ломоносова в отношении Сибири, которой будет прирастать мощь России, изменится с точностью до наоборот и мощь России будет снижаться, а не расти за счет Сибири.

В.И.Вершинин, Е.В.Похвалина

Current History. - 2004. - October. - P. 324-331.


Для комментирования необходимо зарегистрироваться на сайте

  • <a href="http://www.instaforex.com/ru/?x=NKX" data-mce-href="http://www.instaforex.com/ru/?x=NKX">InstaForex</a>
  • share4you сервис для новичков и профессионалов
  • Animation
  • На развитие сайта

    нам необходимо оплачивать отдельные сервера для хранения такого объема информации