ОПЕРАТИВНОЕ ИСКУССТВО

ВОЕННАЯ МЫСЛЬ № 9/1993, стр. 25-28

ОПЕРАТИВНОЕ ИСКУССТВО

Возвращаясь к проблеме огневого поражения противника в первой фронтовой оборонительной операции

Генерал-полковник артиллерии

в отставке М.Д.СИДОРОВ,

кандидат военных наук, доцент

Полковник в отставке М.А.ЛУКЬЯНОВ

В СОВРЕМЕННЫХ условиях проблема огневого поражения против-ника в различных операциях является актуальной. Поэтому не случайно исследованию вопросов ее решения в научных кругах и на страницах военной печати придается большое значение. Вместе с тем анализ взгля-дов авторов, рассматривающих данную проблему, показывает, что вы-воды и рекомендации некоторых из них не всегда убедительны, носят спорный, бездоказательный, а иногда и ошибочный характер. Трудно, например, согласиться с рассуждениями полковника В.М.Фуфаева, ко-торый попытался раскрыть некоторые вопросы, обусловленные изме-нившимися взглядами на поражение противника огневыми средствами (особенно высокоточными) в бою и операции и определением стратеги-ческой обороны как основного вида военных действий в начальный пе-риод войны.

Отмечая важность и сложность исследуемой проблемы, считаем це-лесообразным выразить свое мнение относительно отдельных положе-ний статьи В.М.Фуфаева.

Так, автор полагает, что командование ОВС НАТО при определен-ных условиях имеет возможность «достигать основных целей войны за счет огневого воздействия без ведения борьбы наземными группиров-ками» (с.9). Такое бездоказательное утверждение вряд ли можно при-знать научно обоснованным, но главное заключается в том, что оно про-тиворечит доктринальным положениям и взглядам командования ОВС НАТО.

Далее, предлагается «в интересах последующего огневого пораже-ния в первые часы и даже дни войны, наряду с системой управления, во что бы то ни стало сохранить авиацию» (с. 10). Решение указанной про-блемы автор видит в передислокации еще в мирное время большей ча-сти ударной авиации из западных регионов в глубь страны. Это сделает ее недосягаемой для тактической авиации противника и соответственно резко повысит живучесть. Если исходить из утверждения, что огневое поражение должно быть комплексным, то тогда непонятно, какую роль в нем автор отводит ударной авиации в наиболее ответственный и слож-ный начальный период боевых действий наших войск.

Мы считаем, что повышение живучести средств поражения нельзя осуществлять в ущерб боеспособности обороняющихся войск и отры-вать их от боевой действительности. Все огневые средства, участвующие в огневом поражении противника, должны выполнять боевые задачи в тесном взаимодействии с обороняющимися войсками и комплексно ре-шать важнейшую задачу - отражение вторжения противника. Что каса-ется сохранения ударной авиации в западных регионах страны, то, ви-димо, в угрожаемый период необходимо будет предусмотреть ее рассре-доточение на полевых и других аэродромах с тщательным укрытием и маскировкой.

Вызывает возражение утверждение автора, что «одним из важных условий отражения массированных огневых ударов является нарушение нормального функционирования системы управления (навигации) так-тической авиации противника» (с. 10). Но известно, что полностью нару-шить функционирование системы управления тактической авиации не-возможно. Указанную задачу необходимо решать комплексно - вести борьбу со всеми важнейшими системами, нарушая функционирование общей системы управления войсками, в том числе и авиацией против-ника. Трудно согласиться с автором и относительно способов осуществ-ления поражения системы управления. Он считает, что в первую очередь следует уничтожать самолеты дальнего радиолокационного обнаруже-ния и управления Е-3 А АВАКС и наносить удары по ее наземным элемен-там, развернутым у наших границ.

Как известно, уничтожение самолетов типа АВАКС - задача сложная, требующая значительного количества сил и средств. Нарушить же фун-кционирование системы управления (навигации) тактической авиации путем уничтожения только ее отдельных элементов, как предлагает ав-тор, вряд ли возможно. Ведь для этого надо будет нарушить работу всех элементов системы - как основных, так и дублирующих.

Не совсем убедительно и даже ошибочно, на наш взгляд, и следую-щее утверждение автора: «Создаваемая группировка ПВО и РЭБ спо-собна обеспечить уничтожение значительной части средств воздушного нападения противника, участвующих в массированном ударе, что может поставить проведение воздушной наступательной операции на грань срыва» (с.10). Во-первых, срыв проведения воздушной наступательной операции, когда противник имеет решающее превосходство в авиации на всех ТВД, не реален. Во-вторых, при отражении первого массирован-ного удара участвуют не только средства ПВО, РЭБ, но и авиация, другие силы и средства поражения. Исследования показывают, что при отраже-нии первого массированного удара в противовоздушной операции мо-жет привлекаться до 30% боевого состава РВ и А, способного решить 20-25% объема задач по огневому поражению противника.

Для одних войск ПВО и РЭБ эта задача непосильна. Она комплексная и должна решаться в тесном взаимодействии с другими видами Воору-женных Сил и родами войск, но даже при таком условии в оборонитель-ной операции можно рассчитывать лишь на ослабление воздушной на-ступательной операции противника, а не на ее срыв.

Кроме того, В.М.Фуфаев по-разному толкует одни и те же вопросы. Так, указывается, что «существующие возможности разведки фронта удовлетворяют требованиям огневого поражения лишь по глубине ее ве-дения» (с. 11), а далее отмечается, что «из-за ограниченных возможностей разведки сложно осуществлять непосредственное и детальное планиро-вание огневого поражения объектов противника» (с.11). Такие противо-речивые взгляды на возможности разведки могут ввести читателя в за-блуждение.

С утверждением автора, что возможности разведки фронта удовле-творяют требованиям огневого поражения по глубине ее ведения, вряд ли можно согласиться. Опыт проведенных учений свидетельствует -имеющиеся силы и средства разведки не в полной мере удовлетворяют требованиям обеспечения эффективного огневого поражения как по сте-пени вскрытия группировки противника, так и по точности определения

координат, а также времени выдачи разведывательных данных сред-ствам поражения. Все это привело к серьезным противоречиям между возможностями средств огневого поражения (до 65-70% объема задач) и ограниченными возможностями сил и средств разведки по вскрытию группировки противника (25-30%).

Ценным в статье, с нашей точки зрения, является то, что автор уде-ляет особое внимание вопросам планирования и организации огневого поражения противника (с.11). Однако и тут он допускает неточности. На-пример, не видит разницы между планированием и осуществлением ог-невого поражения. По теории, апробированной в ходе учений, планиро-вание огневого поражения с различной степенью детализации осущест-вляется следующим образом: общее - группой планирования общевой-скового штаба; непосредственное - в штабах видов Вооруженных Сил, родов войск; детальное - в соединениях и частях с детализацией решае-мых задач, привлекаемых сил и средств поражения. В связи с этим утверждение автора, что следует «осуществлять непосредственное и де-тальное планирование ... с определением зон ответственности ...», выхо-лащивает сущность комплексного планирования.

При планировании главными вопросами являются: определение объема задач огневого поражения для объединения, соединения, части; распределение задач между силами и средствами поражения; расход средств (боеприпасов) для решения определенного объема задач.

Исходя из замысла операции и разработанного плана организуется и осуществляется огневое поражение. Оно проводится во всей полосе ком-плексно при решении наиболее важных оперативных задач. В интересах решения отдельных оперативных задач в установленных районах и в ограниченные сроки огневое поражение другими силами и средствами осуществляется по направлениям. Это процесс единый, однако смеши-вать планирование с осуществлением огневого поражения нельзя.

В.М.Фуфаев попытался поднять актуальные проблемы создания це-лесообразных группировок сил и средств огневого поражения (с.13) и предложил за счет маневра сил и средств уменьшить огневое превосход-ство противника, уравнять боевой потенциал по средствам огневого по-ражения, обеспечить выполнение оперативной задачи. Но, на наш взгляд, автор оперирует непроверенными цифрами, недостаточно учи-тывает опыт Великой Отечественной войны и послевоенных учений, в ходе которых, как известно, ни в одной оборонительной операции на на-правлении главного удара противника не удавалось сосредоточить более 45-50% артиллерии фронта. Поэтому 70-80% артиллерии от общего ее ко-личества во фронте (с. 14), привлекаемой к одновременному огневому по-ражению, - цифры необоснованно завышенные. Следовательно, и уменьшение огневого превосходства в 1,1-1,3 раза (с.14) вызывает сомне-ние.

Не ясно также, каким образом можно уравнять огневые возможности обороняющихся и наступающих, если известно, что у противника на воо-ружении находятся орудия основного калибра (155 и 203 мм), а в наших обороняющихся дивизиях и бригадах предлагается оставить орудия и минометы калибра до 100 мм.

По опыту прошедшей войны для создания сильных группировок ар-тиллерии применялась артиллерия РВГК. В первые годы войны она со-ставляла всего 5% в Вооруженных Силах. Поэтому было принято реше-ние о срочном формировании артиллерийских соединений РВГК (артил-лерийских бригад, дивизий и даже корпусов), и к концу Великой Отече-ственной войны артиллерия РВГК составляла уже свыше 35% от общего количества артиллерии. Эта была самая экономная структура, позволяв-шая в короткие сроки создавать сильные группировки артиллерии на важнейших направлениях и осуществлять ее глубокий маневр. Так, 19 ноября 1942 года (Сталинградская операция) во фронте участвовало всего две артиллерийские дивизии прорыва, а 10 января 1943 года (унич-тожение окруженной группировки немцев) 65-ю армию поддерживали три артиллерийские дивизии прорыва.

Таким образом, утверждение автора, что необходимо оставлять в ди-визиях и бригадах орудия меньшего калибра и насыщать большим коли-чеством артиллерии армейские корпуса и фронты, противоречит опыту, накопленному во время Великой Отечественной войны, развитию ар-тиллерии в послевоенный период.

Одним из интереснейших вопросов, рассмотренных автором анали-зируемой статьи, является эффективность огневого поражения против-ника в оборонительной операции, которое включает и завоевание огне-вого превосходства

При 4-5- кратном превосходстве противника на направлениях глав-ных ударов (с.9) трудно представить успешное выполнение задач оборо-няющимися войсками без существенного огневого противодействия на-ступающему. Автор правильно ставит вопрос о необходимости в этих условиях завоевания огневого превосходства, однако делает неверные оценки объектов поражения (с. 12). Мы считаем, что целью завоевания и удержания огневого превосходства над противником является лишение его господства в воздухе, возможности эффективно применять силы и средства огневого поражения для огневого противодействия, в после-дующем - захват инициативы.

Сущность огневого превосходства заключается в способности огне-вых и ударных средств обороняющегося своевременно, эффективно и надежно поражать в первую очередь огневые и ударные средства против-ника, воспрещая их противодействие. Критерием огневого превосход-ства над противником может быть количественно-качественное соотно-шение группировок огневого и ударного поражения противоборствую-щих сторон. Опыт Великой Отечественной войны свидетельствует, что такое соотношение достигалось 5-6- кратным превосходством в огневых и ударных средствах. Сегодня этот способ достижения огневого превос-ходства можно осуществить за счет увеличения качественного превос-ходства с привлечением наиболее эффективных средств поражения и массирования сил и средств поражения на участки сосредоточения уси-лий путем маневра траекториями и вылетами ударной авиации.

На современном этапе развития военной науки и средств вооружен-ной борьбы новыми, более современными, формами огневого пораже-ния при отражении вторжения и завоевания огневого превосходства мо-гут быть крупные огневые сражения. Однако их, видимо, нельзя рассма-тривать только как мероприятия по захвату и удержанию инициативы (с. 12). На наш взгляд, огневое сражение - это составная часть операции, представляющая собой совокупность огневых ударов, объединенных общим замыслом и проводимых определенными группировками войск в интересах конкретной оперативной или стратегической задачи. Они мо-гут проводиться в целях нанесения огневого поражения ударным груп-пировкам противника, ослабления его первого массированного огневого удара, снижения огневого превосходства и создания благоприятных условий для достижения цели операции. Огневое сражение - не разовое мероприятие, и его необходимо рассматривать в оперативном или в стра-тегическом масштабе.

Мы высказали ряд замечаний по принципиально важным вопросам огневого поражения противника в первой оборонительной операции и надеемся, что читатели примут на страницах журнала активное участие в дискуссии, которая позволит полнее раскрыть эту проблему.

Военная мысль. - 1992. - № 12. - С.8-15.


Для комментирования необходимо зарегистрироваться на сайте

  • <a href="http://www.instaforex.com/ru/?x=NKX" data-mce-href="http://www.instaforex.com/ru/?x=NKX">InstaForex</a>
  • share4you сервис для новичков и профессионалов
  • Animation
  • На развитие сайта

    нам необходимо оплачивать отдельные сервера для хранения такого объема информации