ТВОРЧЕСТВО КОНСТАНТИНА СИМОНОВА АКТУАЛЬНО И СЕГОДНЯ

«ВОЕННО-ПРОМЫШЛЕННЫЙ КУРЬЕР» №33.2006 Г.

ТВОРЧЕСТВО КОНСТАНТИНА СИМОНОВА АКТУАЛЬНО И СЕГОДНЯ

Виктор КУЛИКОВ

Маршал Советского Союза, Герой Советского Союза

В ПОСЛЕДНЕЕ ВРЕМЯ РОССИИ ВСЕ ЧАЩЕ ВНУШАЮТ ЛОЖНУЮ ВЕРСИЮ О БЕССМЫСЛЕННОСТИ УЧАСТИЯ НАШЕГО НАРОДА В ВЕЛИКОЙ ОТЕЧЕСТВЕННОЙ ВОЙНЕ

"Константин Симонов как военный писатель" - так называется новая книга участника Великой Отечественной войны генерала армии Махмута Гареева. (Гареев М.А. Константин Симонов как военный писатель. История Великой Отечественной войны в творчестве Симонова и ее современные толкования. М., ИНСАН, 2006, 320 с.). В своей новой работе он исследует творчество Константина Симонова. Как подчеркивает автор, это не биография писателя (таких книг уже немало) и не специальное литературоведческое исследование. На основе впечатлений от личных встреч с Константином Михайловичем во время войны и в послевоенные годы, изучения его произведений, ряда архивных документов М.А. Гареев анализирует литературное наследие К.М. Симонова прежде всего как военного писателя. Автор раскрывает истоки симоновского военного профессионализма, отмечает большую роль его творчества в общем духовном вкладе советской литературы и искусства в дело победы в Великой Отечественной войне, подчеркивает значение его литературного наследия в патриотическом и воинском воспитании офицерского состава армии и флота в современных условиях. Убедительно разоблачает ложь и фальсификацию фактов о жизненной и творческой позиции К.М. Симонова и в целом о важнейших событиях Великой Отечественной войны, получивших распространение в последнее время.

Основное содержание книги точно отражено в подзаголовке - "История Великой Отечественной войны в творчестве Симонова и ее современные толкования". В первой главе раскрываются истоки военного профессионализма писателя; вторая глава посвящена теме воинского воспитания офицеров; третья - некоторым военно-историческим проблемам, которыми занимался Симонов; в четвертой главе речь идет об актуальности литературного наследия писателей симоновского поколения; в пятой - "Нам только правда ко двору" - рассматриваются некоторые факты искажения истории войны и показывается их несостоятельность. В приложении приведены недостаточно известные материалы, например, о беседе Сталина с главными редакторами военных журналов в марте 1945 г.

Собственно все творчество Симонова посвящено событиям Великой Отечественной войны. Он основательно занимался историей этой войны и был одним из самых больших ее знатоков. В 1965 г. (к 20-летию Победы) Константин Михайлович выступил перед Московской писательской организацией с докладом на тему "Уроки истории и долг писателя", в котором поставил ряд острых проблемных вопросов истории войны. Многие из них в последние годы извращаются, переиначиваются, и даже ставится под сомнение значимость достигнутой Победы. За рубежом и в нашем Отечестве развернута целеустремленная кампания по фальсификации важнейших военных событий, под предлогом "поиска правды" распространяется ложь о нашей армии и ее полководцах.

Особенно настораживает то обстоятельство, что таким замечательным писателям, как Симонов, задним числом пытаются приписать чуждые им такие взгляды и высказывания. Учитывая все это, М.А. Гареев анализирует не только творчество и взгляды самого Симонова, но и как они преломляются в наше время и убедительно разоблачает несостоятельность всякого рода надуманных версий, поклепов на писателя и с высоты современных знаний и с учетом ряда новых исторических документов убедительно показывает правоту фронтовых писателей симоновского поколения. Порою у недостаточно осведомленного читателя может сложиться впечатление, что в книге "Константин Симонов как военный писатель" неоправданно много занимают место некоторые военно-политические и оперативно-тактические вопросы, связанные, скажем, с опытом войны и его реализацией в процессе строительства и подготовки Вооруженных Сил в наше время. Но все это весьма актуальные проблемы, по поводу которых невозможно отделаться скороговоркой, отдельными краткими замечаниями, а требуется их обоснование с приведением убедительных аргументов и доказательств. Тем более что многие вопросы, особенно связанные с началом войны, до неузнаваемости запутаны, в многочисленных изданиях они по-разному толкуются и нередко беспардонно перевираются.

Известно, как высоко Симонов оценивал значение и величие победы стран антигитлеровской коалиции над фашизмом, признавал ее всемирно-историческое значение. В своих выступлениях в США, Японии, Китае, Вьетнаме и других странах он подчеркивал, что все прогрессивно мыслящие люди, независимо от политической и социальной принадлежности, осознавали, что в случае победы Гитлера вся история человечества была бы отброшена на несколько десятилетий назад. Наша страна, как и другие государства Европы и Азии, боровшиеся с фашизмом, отстояли свою независимость. В результате победы во Второй мировой войне и усиления национально-освободительной борьбы рухнула позорная колониальная система. Без нашей общей победы во Второй мировой войне не было бы и многих других позитивных изменений, которые произошли в послевоенные годы, в том числе и в судьбах немецкого и японского народов, которые получили толчок для дальнейшего развития, прежде всего в результате свержения фашизма и милитаризма. Да и советский народ в годы войны многое увидел в ином свете, чем ему внушалось, и это в последующем способствовало его пробуждению. Таково в нескольких словах социально-политическое значение победы во Второй мировой войне. И такой точки зрения придерживался Симонов.

И во времена Симонова было немало экстремистов, пытавшихся принизить значимость нашей победы в Великой Отечественной войне. Но то, что сегодня говорят и пишут по этому поводу, наверное, даже в кошмарном сне не виделось Константину Михайловичу. Мне, например, прошедшему всю войну, с начала и до ее конца, как и автору книги "Константин Симонов как военный писатель", трудно понять, что вынуждает писателя Даниила Гранина утверждать: "Мы пошли воевать с учебными винтовками, у которых были просверлены стволы... Армия не подготовлена, без оружия, без авиации, без танков, без связи" ("Итоги", 2005, 10 мая). Писатель считает, что мы по всем законам должны были проиграть войну.

Самое страшное, что в последнее время делается - это попытки внушить общественности, прежде всего молодежи, ложную версию о бессмысленности участия нашего народа в Великой Отечественной войне и даже внедрить мысль: пусть бы лучше победил Гитлер. Вот что было написано в "Московском комсомольце" 22 июня 2005 г.: "Нет, мы не победили. Или так: победили, но проиграли... А вдруг было бы лучше, если бы не Сталин Гитлера победил, а Гитлер - Сталина?". Поговаривают даже о том, что никакой победы не было, то, что произошло, равносильно поражению. Люди, утверждающие подобное, не хотят даже задуматься над тем, каковы были подлинные цели фашистской агрессии: согласно гитлеровскому плану "Ост" подлежали физическому истреблению не менее 70-80 млн. человек, не говоря о полном исчезновении всякой нашей государственности и национальной культуры. Так что не защищаться нам никак было нельзя.

Поскольку зловредная версия о неполноценности одержанной победы довольно часто муссируется в отечественных и зарубежных СМИ, автор книги о Симонове не обходит и этот фундаментальный вопрос. В частности, напоминает читателю, какие объективные критерии выработала история, позволяющая отличить победу от поражения. Во-первых, пишет М.А. Гареев, в практике общественной жизни и в исторической науке при решении этого вопроса руководствовались тем, какие военно-политические и стратегические цели ставили перед собой воюющие стороны и насколько они на деле достигались. Известно, что цель фашистской Германии состояла в захвате и ликвидации СССР как государства, порабощении и истреблении огромных масс славянских и других народов, составляющих "низшую расу", в завоевании мирового господства. Советский Союз и другие страны антигитлеровской коалиции ставили главной целью защиту свободы и независимости своих государств и других народов, разгром и искоренение фашизма. Как были достигнуты эти цели? Германия, Япония и их союзники потерпели полное поражение, был ликвидирован навязанный народам фашистский режим. Советский Союз и другие страны антигитлеровской коалиции сокрушили агрессоров на Западе и Востоке и освободили оккупированные врагом территории. И не фашисты пришли в Москву, Лондон и Вашингтон, как это они планировали, а войска союзных стран вступили как победители в Берлин, Рим и Токио.

Во-вторых, победой или поражением закончилась война, определяется тем, в каком состоянии к этому времени находятся страна и армия. Советский Союз, несмотря на огромные потери и разрушения, вышел из войны окрепшим и более мощным государством, чем до начала войны, как в экономическом, так и в военном отношении. Фашистский рейх и вермахт, милитаристская Япония и ее армия были сокрушены и вообще перестали существовать, территории государств-агрессоров были оккупированы союзными войсками.

В-третьих, как показывает исторический опыт, на достигнутую победу накладывает особый отпечаток "качество победы", ее цена, потери и издержки, понесенные во время войны. Наиболее распространенный в публицистике тезис состоит в том, что мы "неправильно", "не умея воевать" сражались и победили, страна не была подготовлена к войне. Чаще всего, чтобы дискредитировать Победу, спекулируют на наших больших потерях во время войны. К сожалению, они действительно велики, но не такие, как это нередко изображается. Автор приводит на этот счет обоснованные данные. Соотношение наших военных безвозвратных потерь и соответствующих потерь фашистской Германии с их союзниками составляет 1,3:1. И эта разница получается за счет уничтожения наших военнопленных в фашистских лагерях.

В результате четырехлетнего противоборства двух стратегических линий, военных школ советское военное искусство продемонстрировало свое превосходство и обеспечило достижение победы над немецко-фашистской армией. Об этом наглядно свидетельствует прежде всего главный исторический факт - действительные итоги войны, что признавали и наши союзники, и враги. "Великие подвиги Красной Армии, - писал Эйзенхауэр, - во время войны в Европе вызывали восхищение всего мира. Как солдат, наблюдавший кампанию Красной Армии, я проникся глубочайшим восхищением мастерства ее руководителей".

Один из ведущих наших стратегов Г.К. Жуков еще в ходе военной игры в 1940 г. и затем всю войну противоборствовал с германской стратегической мыслью. И если он и Кейтель - один из ведущих германских стратегов, отмечается в книге "Константин Симонов как военный писатель", встретились в 1945 г. в Берлине во время подписания акта о капитуляции фашистской Германии - один как победитель, другой как побежденный, то это и есть наиболее яркий и убедительный исторический факт, подтверждающий превосходство советской военной школы. "Во время подписания акта о капитуляции, - вспоминал Симонов, - я с особенным интересом наблюдал Жукова и Кейтеля. Кейтель то сидел неподвижно, глядя перед собой, то вдруг чуть поворачивал голову и смотрел на Жукова. Так повторялось несколько раз. У меня невольно мелькнула мысль: конечно, Кейтелю любопытно увидеть вот так, в десяти шагах, человека, личность которого, несомненно, давно занимала его. Жуковым я любовался. Полное достоинства лицо сильного, красивого человека. В мыслях быстро мелькнул Халхин-Гол. Там я встречался с Жуковым. А потом за шесть лет ни разу его не видел. Могло ли мне тогда, на Халхин-Голе, хоть на минуту прийти в голову, что в следующий раз я увижу его в Берлине, принимающим капитуляцию германской армии..." (Симонов К.М. Сегодня и давно. М., Советский писатель, 1978, с.601).

Все это, разумеется, относится не только к Жукову. Война выдвинула целую плеяду талантливых полководцев. Поэтому нет никаких оснований говорить, как это порою делается, что мы начали и кончили войну, не умея воевать. Симонов внимательно изучил также оценки американских и других западных исследователей, свидетельства гитлеровских фельдмаршалов о наших командующих. Не всем нашим военачальникам удалось поучиться в военных академиях, в том числе Г.К. Жукову, К.К. Рокоссовскому, но постоянно упрек бросается только в адрес Жукова. Как это ни покажется странным для приверженцев всего чужого, были такие и среди германских фельдмаршалов. Тот же Кейтель (самое высокопоставленное военное должностное лицо в фашистской Германии) на Нюрнбергском процессе признался: "Я никогда не учился в военной академии" (Кейтель В. Размышления перед казнью. М., ТЕРРА, 1998, с.420).

А вот что вынуждены были признать враги, которым, конечно, не было никакого смысла что-либо прибавлять к оценке советских полководцев. После войны среди трофейных документов германского командования было найдено досье на советских военачальников. Об этом досье Геббельс (в то время комиссар обороны Берлина) 18 марта 1945 г. записал в своем дневнике: "Мне представлено генштабом дело, содержащее биографии и портреты советских генералов и маршалов... Эти маршалы и генералы почти все не старше 50 лет. С богатой политико-революционной деятельностью за плечами, убежденные большевики, исключительно энергичные люди и по их лицам видно, что народного они корня... Словом, приходится прийти к неприятному убеждению, что военное руководство Советского Союза состоит из лучших, чем наше, классов..." (Маршал Жуков, М., 1989, с.399). А когда на Нюрнбергском процессе в качестве свидетеля выступал фельдмаршал Паулюс, защитник Геринга пытался обвинить его в том, что он якобы будучи в плену, преподавал в советской военной академии. Паулюс ответил: "Советская военная стратегия оказалась настолько выше нашей, что я вряд ли мог понадобиться русским хотя бы для того, чтобы преподавать в школе унтер-офицеров. Лучшее тому доказательство - исход битвы на Волге, в результате которой я оказался в плену, а также и то, что все эти господа сидят вот здесь на скамье подсудимых" (Великий подвиг. М., 1975, с.279, 278).

В книге "Константин Симонов как военный писатель" делается вывод: вынужденные признания нашего превосходства в военном искусстве со стороны бывших руководителей фашистской Германии не отменяли того факта, что немецко-фашистская армия (как в высшем звене, так и особенно в тактическом звене офицеров и унтер-офицеров) была высокопрофессиональной армией, и советские Вооруженные Силы вместе с нашими союзниками победили действительно сильнейшего противника.

Весьма важным в рассматриваемой книге представляется также вопрос об актуальности творчества писателей симоновского поколения в современных условиях. Известно, что литература и искусство и в целом культура сыграли большую роль в приумножении духовного потенциала народа во время войны. Значительное место занимала и литература, приравненная к боевому оружию, штыку, находившая свое выражение в прозе, поэзии, драматургии, публицистике, в создании ярких и острых листовок, в выступлениях по радио, непосредственно перед воинами на фронте и в тылу. Вся страна знала таких писателей, как М. Шолохов, А. Фадеев, К. Симонов, А. Толстой, А. Твардовский, Н. Тихонов, И. Эренбург и других. Вопреки старинному изречению "Когда гремят пушки - музы молчат", в годы войны и в послевоенные годы создана огромная военно-патриотическая летопись: тысячи книг, песен, спектаклей, талантливых фильмов. Под девизом "Все для фронта! Все для Победы!" работали не только инженеры, рабочие, крестьяне, но и наша славная интеллигенция, деятели литературы и искусства. Но сегодня кое-кто и это, казалось бы, несомненное ставит под вопрос. Целый ряд некогда авторитетных писателей, деятелей культуры ставят вопрос о неприемлемости каких-либо воспитательных функций литературы и искусства. Они, оказывается, должны служить лишь как средство самовыражения писателя, режиссера. Литература фронтовых писателей для школ уже не рекомендована. Зато в учебник "Современная русская литература" 2005 г. из всех писателей, писавших о Великой Отечественной войне, включены только два: И. Бродский с его эпитафией, где маршал Жуков изображается как палач, и Г. Владимов с его романом "Генерал и его армия", где восхваляются гитлеровский генерал Гудериан и предатель Власов.

Однако, по нашему разумению, литература всегда служила и должна служить важнейшим средством нравственного воспитания людей. Без этого я, например, не представляю, как мы воспитаем вообще достойных граждан и особенно защитников Отечества. Положение, когда многие СМИ целенаправленно разрушают оборонное сознание населения и противостоят необходимости военной службы, идеям защиты Отечества, нельзя признать нормальным. По этим вопросам нашей общественности пора уже бить тревогу и соответствующим образом реагировать. Видимо, свое слово должны сказать и Министерство образования и науки, и Общественная палата.

В очень умной и интересно написанной книге М.А. Гареева ставятся и другие злободневные вопросы, связанные как с сохранением, приумножением традиций таких замечательных писателей, как Константин Симонов, так и с проблемами патриотического воспитания в современных условиях. А для Вооруженных Сил никогда не теряет актуальности и тема воинского воспитания. Остается надеяться, что многие читатели не останутся безразличными ко всему этому. Для командиров и офицеров-воспитателей важно, несмотря на все трудности, более активно приобщать офицеров к чтению художественной и исторической литературы, добиваться восприятия ими подлинной правды о войне. Все это тем более важно еще потому, что наряду с правдивыми книгами и статьями о войне писателей военного времени, ветеранов войны и других честных писателей, журналистов, в последние годы появляется много не только лживой, фальсифицированной литературы, но и немало заведомо никчемных пустых компиляций. Причем иногда, просто стыдно и неприятно читать, когда люди, не имеющие никакого представления о существе дела, берутся судить о серьезных военно-политических и оперативно-стратегических вопросах, к чему, заметим, особенно неприязненно относился Симонов.

Так, на страницах журнала "Братишка" (№8-2006 г.) А. Пронин пишет: "...Вина Павлова, как высшего военного руководителя на вверенном ему главнейшем стратегическом направлении, действительно очень велика. Чего стоит хотя бы такая деталь: уже зная о свершившемся факте гитлеровского нападения, выслушав пафосную речь по радио наркома иностранных дел Вячеслава Молотова, гневно клеймившего нацистское вероломство, командующий фронтом не счел нужным распорядиться... об отмене в Минске гастрольного дневного спектакля МХАТа, назначенного на полдень 22 июня". Такой "искатель правды" не хочет даже задуматься: почему в первый день войны командующий фронтом должен этим делом заниматься. Разве это его дело?

Некоторых ревнителей истории даже с добрыми намерениями подводит чрезмерная ангажированность и стремление все события войны подогнать под определенную, заранее надуманную версию. Скажем, Арсен Мартиросян в книге "Трагедия 22 июня: Блиц-криг или измена? Правда Сталина" (М., 2006, 782 с.) задался, казалось бы, добрым делом: решил защитить Сталина от всякого рода наветов и показать его исключительно с положительной стороны, превосходя в восторженных эпитетах даже все то, о чем писали в годы расцвета "культа личности". Кстати, собран обширный материал, есть некоторые новые доводы и доказательства, подтверждающие заслуги Сталина как Верховного главнокомандующего. Но сам Сталин после войны говорил: у нашего правительства было немало ошибок, были моменты отчаянного положения. Но если кто-то сегодня осмелится что-то сказать об этих ошибках или "моментах отчаянного положения", он немедленно зачисляется в разряд антисталинистов. На страницах одной из газет, относящей себя к патриотическим изданиям, ветерана войны назвали фашистом и предателем только за то, что он где-то позволил себе робко сказать, что в некоторых вопросах СССР был недостаточно подготовлен к войне. Недавно промелькнула статья "Внезапности нападения не было", где каждый, кто осмеливается говорить о внезапности в 1941 г. подвергается самым резким поношениям. И в недомек, что первым о внезапности нападения Гитлера на СССР, как об одном из временно действующих факторов, со всей определенностью сказал именно Сталин в своем выступлении 3 июля 1941 г.

Вся основная суть книги Мартиросяна сводится к тому, что Сталин все делал гениально, безошибочно, а все наши неудачи в 1941 г. объясняются только бездарностью и предательством Тимошенко, Жукова, Павлова и других военачальников, которые, продолжая изменническую линию Тухачевского, все развалили и открыли ворота фронта для врага на Минск, Киев и на других направлениях. Изображается дело так, что Сталин еще за неделю до войны принял решение привести войска в боевую готовность, а нарком и Генштаб проволынили время и ничего для этого не сделали. Такой однобокий подход только дискредитирует Сталина, под руководством которого мы выиграли войну. Ибо известно, что все стратегические планы были утверждены Сталиным, а без его ведома никакие серьезные решения не принимались. Есть документы, из которых видно, в каком виде была представлена директива о приведении войск в боевую готовность вечером 21 июня и в каком виде она ушла в округа после соответствующих правок Сталина, который и за несколько часов до войны все еще надеялся ее избежать.

Да и вообще, прочитав книгу Мартиросяна, трудно понять, какова же роль Верховного, если стратегические планы "неадекватны обстановке", важнейшие посты заняты предателями в самое ответственное время. И еще. Идет война, нужно снабжать фронты вооружением, боеприпасами, материальными средствами, а в это время несколько тысяч промышленных предприятий демонтируются и эвакуируются в глубь страны. Это был действительно подвиг и руководства страны, и народа. Но можно и спросить: почему все это делается с началом войны и как же предвидели и планировали ее ведение? Ведь это уже вопросы не столько Генштаба, а председателя Совнаркома. Конечно, грешно смаковать все это и тем более злорадствовать по поводу всех случившихся неурядиц и неудач. Но мы, как справедливо писал об этом Симонов и что отмечается в книге "Константин Симонов как военный писатель", никогда не извлечем должных уроков из истории и ничему не научимся, если не будет критически и объективно все это рассматривать, а будем без конца подыгрывать тем или иным надуманным субъективным настроениям.

Разумеется, никакие суждения нельзя с ходу отвергать. Но, в конце концов, одно пора однозначно сказать: если тот или иной автор считает нужным сообщить что-то небывалое, то нужно указать источники, доказательства, откуда все это взято, на чем основано. Тот же Мартиросян гневно и пространно возмущается по поводу того, что в июне 1941 г. из состава 100-й стрелковой дивизии, предназначенной для обороны Минска, изъяли всю артиллерию (вплоть до батальонной). Пришлось еще раз посмотреть книгу командира этой дивизии И.Н. Руссиянова "В боях рожденная". Там говорится: в период, когда его дивизия была во втором эшелоне, дивизионную и полковую артиллерию (но не батальонную) передали на усиление впереди действующей дивизии. При должном предвидении развития обстановки этого, конечно, нельзя было делать. Это просчет командира корпуса, тогда многое не удалось предвидеть. Но нельзя это изображать как что небывалое. И в последующем в ходе войны артиллерия дивизий второго эшелона нередко привлекалась для артподготовки в полосах дивизий первого эшелона. Да и артиллерия 100-й дивизии, как пишет Руссиянов, возвратилась в состав дивизии. К началу боев под Минском ее усилили еще одним корпусным артиллерийским полком.

Но поскольку больше всего гнева по поводу "изъятия" из дивизии батальонной артиллерии, попытаемся выяснить: откуда взялась эта выдумка. Мартиросян ссылается на книгу М. Солонина "22 июня, или Когда началась Великая Отечественная война", даже указывается страница (480). Но на этой странице ничего такого нет. Есть в другом месте книги, но ссылка делается на одну из газет, где о войне могут что угодно напечатать. Написали же, что гитлеровцы под Прохоровкой в 1943 г. потеряли всего пять танков. Много и других таких сомнительных ссылок, например, на дневники или беседы Чаадаева, Чуева, Анфилова, Голованова и других, достоверность которых никто никогда уже не докажет.

Вся упомянутая книга М. Солонина посвящена в основном тому, чтобы "доказать" одно: в начале войны наши народ и армия не хотели воевать и, побросав все вооружение, массами сдавались в плен. И только позже по какому-то неведомому озарению вдруг начали воевать. Рассказывать подобное еще при живых участниках войны просто кощунственно. И тем более неуместно ссылаться на такие источники. Не украшает книгу Мартиросяна и всякого рода оскорбительные клички, обзывания. Геббельс обязательно "колченогий". Его можно и пуще обозвать. Но надо посчитаться и с тем, что колченогим может быть не только этот изверг, но и инвалид войны. Черчилль и англо-американцы - "подлые друзья", Хрущев -"вражина", Жуков - "идиот"... Эти обидные словечки никаких аргументов к существу дела не добавляют.

Мартиросян, как и некоторые другие историки, все толкуют о том, что "не на пустом же месте" Сталин уверенно предполагал, что Гитлер не рискнет пойти на войну на два фронта и уж слишком хорошо в Германии помнили печальные итоги еще Первой мировой войны (с.187). Но это типичный пример схематичного мышления на базе исторических стереотипов в отрыве от реальных военно-политических условий. После поражения Франции в 1940 г. для Германии никакого "второго фронта" уже не было. Англия, находясь за Ла-Маншем, не могла уже (да и не очень хотела) представлять для Гитлера серьезную угрозу. Это обстоятельство не было в полной мере учтено накануне войны руководством нашей страны.

В целом Константин Симонов высоко оценивал Сталина как Верховного главнокомандующего, считал его крупной исторической личностью. Но он действительно отрицательно относился к довоенным репрессиям в армии и критически оценивал некоторые решения вождя накануне войны. Но это не дает оснований зачислять писателя в разряд антисталинистов. Да и Жуков и Тимошенко, конечно, не были предателями. Все обстояло значительно сложнее, и в книге "Константин Симонов как военный писатель" об этом убедительно сказано. М.А. Гареев дает достойную отповедь новоявленным ниспровергателям Симонова. Но в дополнение хотелось бы еще сказать, что навешивание писателю задним числом грехов, которые он не совершил, или причитать по поводу того, что он не оказался среди диссидентов и разрушителей нашего союзного государства - затея совершенно негодная.

Главное состоит в том, что во время войны Константин Михайлович, как и большинство советских людей, поддерживал Сталина и Советскую власть. И в эту суровую пору для нормальных людей не было другого выхода. Переходить на сторону врага ради иллюзорной борьбы против сталинизма - это удел других людей - типа Власова или Резуна. Симонов в повести "Дым отечества" только поставил вопрос о некоторых неполадках в нашей послевоенной жизни и был раскритикован теми же, кто сегодня изображает из себя революционеров. Поэтому упрек И. Золотусского в адрес Симонова, что он не решился "порвать с властью", а Серпилина вынудил продолжать воевать на стороне Сталина, а не Гитлера, так же, как огульные обвинения, брошенные Г. Поповым в адрес всех ветеранов войны, что у них "не хватило мужества и интеллекта" повернуть после войны оружие против сталинизма, мы решительно отвергаем. Г. Попов заявляет, что вместо нас, фронтовиков, ему и его соратникам пришлось менять власть в стране. Что из этого получилось, народ наглядно видит, но это отдельный разговор. В связи с этим мне хотелось бы лишь напомнить еще раз слова А. Грамши, которые приводятся в рецензируемой книге. "Революции, - говорил он, - нужны люди с ясным умом, люди дела, которые позаботились бы, чтобы в булочных всегда был хлеб, чтобы движение поездов происходило точно по расписанию; люди, которые снабдили бы предприятия сырьем, сумели наладить в стране обмен промышленной и сельскохозяйственной продукцией, обеспечили свободу и личную безопасность граждан, защитили их от нападений бандитов, обеспечили правильное развитие всей общественной жизни страны, а не обрекали народ на отчаяние, на безумную междоусобную резню. Смех (и слезы) вызывают попытки разрешить какую-либо из этих проблем хотя бы в масштабах одной деревни, насчитывающей сотню жителей, посредством показного воодушевления и безудержной фразеологии. Тот, чья деятельность сводится лишь к напыщенной фразеологии, к неудержимому словоизлиянию, к романтическому воодушевлению, тот - демагог, а не революционер" ("Жизнь Антонио Грамши ". Изд-во Иностранной литературы,1953, с.75,76.).

Так что самое нехитрое дело, господин Попов, устроить какую-нибудь бузу. Устроить новую жизнь значительно труднее. И можно еще раз подтвердить, что фронтовики, сражаясь за Родину, не щадя своей жизни, думали, конечно, и о том, что они воюют за наше лучшее будущее, поэтому несправедливо всех участников войны зачислять в консерваторы. Никто так глубоко не заинтересован в обновлении страны, в ее демократическом развитии, как ветераны войны. Мы за правовое государство и демократию, которые основаны на уважении к своему Отечеству, и за обновление, которое не ухудшает, а улучшает жизнь людей.

И для Симонова в художественном и историческом осмыслении Великой Отечественной войны самым важным было уяснение того, за что, во имя чего мы сражались, и убежденность в том, что все-таки не напрасны были усилия и жертвы нашего народа, принесенные на алтарь Отечества. В 1960 г. Симонов написал о "Живых и мертвых" американскому редактору Уиксу следующие строки: "Для того чтобы объяснить, во имя чего пали мертвые, очень важно знать, что делают живые сейчас, когда на земле, слава Богу, мир, очень важно чувствовать, что жертвы были принесены недаром. Если бы наша Родина не одела шинели, если бы впереди ее полков не шли люди мужественные, самоотверженные, готовые в самых трудных обстоятельствах отдать жизнь за свою Родину, за свой народ, за идеи, которыми жил и живет этот народ... мы бы не существовали". И это, видимо, надо понять всем, кто уважает свою страну.

Произведения фронтовых писателей, в том числе Симонова, так ярко отразивших в своем творчестве подвиг нашей армии и народа, не могут потерять своей духовной ценности и своего воспитательного значения. Они еще долго будут нести свою добрую службу. Только на такой литературе можно воспитать добрые чувства и достойных защитников Отечества. И как говорил президент России В.В. Путин: " ...Мы будем защищать правду об этой войне и бороться с любыми попытками исказить эту правду, унизить и оскорбить память тех, кто пал". В заключение хочу выразить пожелание, чтобы новая книга о Симонове нашла свою дорогу к современному читателю и непременно дошла до офицеров.


Для комментирования необходимо зарегистрироваться на сайте

  • <a href="http://www.instaforex.com/ru/?x=NKX" data-mce-href="http://www.instaforex.com/ru/?x=NKX">InstaForex</a>
  • share4you сервис для новичков и профессионалов
  • Animation
  • На развитие сайта

    нам необходимо оплачивать отдельные сервера для хранения такого объема информации